Путешествие к федеральному округу Колумбия заняло меньше времени, чем ожидалось. Адамс думал, что полеты исключены, ведь аэропорты под контролем и их немедленно обнаружат. Значит, добирать ся придется на машинах, что займет два дня. Но, к немалому удивлению и облегчению Мэтта, у Айиты был собственный вертолет, который стоял за складом. Линн, правда, восторгов бывшего мужа не разделяла и в летающую жестянку лезть не слишком хотела. Она попросту боялась.

Эвелин сумела преодолеть страх, поскольку понимала, что сейчас важно не упустить ни минуты. По крайней мере, вертолет не угнанный и управляют им не дистанционно. Айита сам уселся в кресло пилота. По пути лишь раз приземлились на знакомом надежном аэродроме племени чокто в Оклахоме, чтобы дозаправиться. Завершили перелет в окрестностях Фредериксвиля. Там поджидала немыслимо помятая «тойота», в которую Мэтт и Линн тут же и переместились. Айита остался заправляться. Он собирался вылететь назад, чтобы наблюдать и координировать работу из штаба в бизнес-парке «Хикдан».

Спустя час пара прибыла в торговый центр «Потомак-плаза» в Вудбридже, где их встретил один из братьев Наджана. «Тойоту» оставили на стоянке и пересели в большой внедорожник Бена Наджаны.

Обменялись краткими приветствиями, и не успел еще автомобиль вырулить на шоссе, как Мэтт приступил к делу:

– Что сумели выяснить?

– У них с охраной дело поставлено как надо, – угрюмо ответил Бен. – Схема, которую нам дали, всего не содержит. Мы слегка прощупали, но далеко заходить не стали. Лес в усадьбе переходит в национальный парк «Мейсон-Нек». Похоже, на деревьях установлены тепловые датчики. Со стороны реки не подобраться: отвесная стена поднимается из воды, влезть очень трудно даже и без наблюдения – а скала, несомненно, под контролем. Дорогу к особняку патрулируют с собаками, как и лужайку у обрыва.

– Что-нибудь еще?

– Охранники – крепкие ребята, профессионалы. Дело свое знают. Такие не дремлют в тенечке вместо работы. Их где-то дюжина плюс пара личных телохранителей Джейкобса.

– Что за собаки?

– Хорошо тренированные доберманы-пинчеры. Патрулей с собаками четыре – на одного охранника два добермана. Маршруты не повторяются: патрулирующие луг за домом периодически меняются с теми, кто патрулирует подъездную дорогу.

– Понятно. Где вы сами базируетесь?

– В парке. Пару раз ночью пытались ближе подобраться к изгороди, но перелезть – задачка еще та.

– Ладно. Доберемся до лагеря, а там подумаем, как быть и что делать, – подытожил Адамс.

6

К полуночи план обдумали, все обговорили, отрепетировали и подготовили.

Когда Линн смотрела на бывшего мужа, в ее глазах отражалась целая гамма чувств: страх, надежда и любовь. Адамс хотел, чтобы она полностью на него положилась. Решил идти один – так надежнее и безопаснее. По правде говоря, в отряде он лучше всех мог осуществить ночную вылазку. Так было и раньше, до того как он присоединился к «Призрачным волкам». И сейчас прежние способности полностью вернулись.

Людям, пережившим так много вместе, слова не нужны – взгляда достаточно. Впереди смертельная опасность. И сейчас они осознавали, что не хотят разлучаться. По щеке Линн скатилась слеза.

Адамс шагнул прочь, к лесу, и вскоре растворился среди густых зарослей парка «Мейсон-Нек».

Землю Стивена Джейкобса огораживала каменная стена восьми футов высотой, с колючей проволокой и острыми шипами наверху, с видеокамерами через каждые двадцать футов. Посмотрев на нее, Адамс подумал, что, пожалуй, было бы легче карабкаться по обрыву.

Небо застилали облака, и ночью в лесу царила кромешная темень. Конечно, можно воспользоваться очками ночного видения, у Айиты наверняка отыскались бы, но Мэтт их недолюбливал. Они ограничивали поле зрения, закрывая вид сбоку, и потому делали уязвимым. Лучше уж полагаться на природные способности. Первые полчаса в лесу Адамс просидел на корточках, давая глазам приспособиться.

Дело в том, что абсолютной темноты в обычных условиях попросту не бывает. Привыкшие к темноте глаза позволяют увидеть многое и в безлунную облачную ночь, а в особенности близ такого большого города, как Вашингтон. Облака пропускают немало рассеянного света. Большинство обычных людей среди ночи в густом парке ощутили бы себя потерянными в безвестной глухомани, но на самом-то деле до столицы было всего двадцать миль, а от ближайшего города парк отделяла только неширокая полоса воды. Если набраться терпения и подождать, то можно обойтись без всяких очков ночного видения. А терпения у Мэтта в избытке.

К тому же он знал, как именно следует смотреть на предметы в темноте, под каким именно углом, чтобы максимально использовать рассеянный свет. Ночью прямой взгляд бесполезен. Этому он научился на равнинах «Бэдлендса».