Читаем Истина полностью

Прежде всего ему представлялся городокъ такимъ, какимъ онъ сдѣлался послѣ дѣла Симона. Онъ подумалъ о мэрѣ Даррасѣ, добромъ и развитомъ человѣкѣ, но который не смѣлъ громко высказывать свои убѣжденія, боясь не быть избраннымъ и потерять выгодное мѣсто. Затѣмъ передъ нимъ прошли Бонгаръ, Додуаръ, Савенъ, Миломъ, всѣ эти существа средней нравственности и недалекаго развитія, которыя говорили ему такія странныя, жестокія и глупыя рѣчи; за ними стояла сплошная толпа, еще болѣе забитая, которая вѣрила всякимъ сказкамъ и была способна на еще болѣе звѣрскіе поступки. Въ народной массѣ гнѣздились предразсудки варварскихъ временъ, обожаніе фетишей, жажда крови и убійствъ; въ ней не замѣчалось ни доброты, ни разума. Въ такомъ случаѣ вопросъ становился ребромъ: почему эта масса пребывала въ грязи, въ невѣжествѣ и лжи? Почему эти люди отказывались отъ логическаго мышленія, отъ простого здраваго размышленія? Почему они боролись съ непонятною ненавистью противъ всего хорошаго, свѣтлаго, и чувствовали ужасъ передъ всѣмъ, что чисто и свято? Почему они закрывали глаза и отворачивались отъ блеска солнца, отказывались отъ свѣта и стремились къ мраку? Почему, наконецъ, въ этомъ дѣлѣ Симона они выказали себя неспособными къ справедливости, не хотѣли ни знать, ни видѣть, на чьей сторонѣ правда, а стремились погрязнуть во лжи и требовали смерти и казни, подавленные суевѣріями и предразсудками? Конечно, газеты — вродѣ «Маленькаго Бомонца» и «Бомонской Крестовой» — отравляли умы этихъ людей, предлагая имъ ежедневно грязный и отвратительный напитокъ, одуряющій и зловредный. Всѣ непросвѣщенные умы, всѣ слабые сердцемъ, всѣ страдающіе, изнуренные подъ долгимъ игомъ рабства, — всѣ они являлись легкою добычею лжецовъ и эксплуататоровъ народнаго довѣрія. Всесильные міра сего всегда царили надъ толпою, отравляя ея сознаніе, послѣ того какъ сами ее ограбили; они поддерживали свою власть, вселяя въ сердца ужасъ, а въ умы — ложныя представленія. Но чѣмъ объяснить постоянную сонливость мысли и неподвижность народной совѣсти? Если народъ позволяетъ опутывать себя ложью, то лишь потому, что въ немъ нѣтъ достаточной силы для сопротивленія. Ядъ дѣйствуетъ только на тѣхъ, кто невѣжественъ, кто ничего не знаетъ, кто неспособенъ на размышленія и критику. Слѣдовательно, основаніе всѣхъ общественныхъ бѣдъ лежитъ въ недостаточности образованія; этотъ недостатокъ является причиной медленнаго движенія человѣчества по трудному пути, который ведетъ къ свѣту, среди кровавыхъ стычекъ и тѣхъ преступленій, которыя составляютъ исторію народа. Поэтому всѣ усилія должны быть направлены къ устраненію этой причины; только работая въ этомъ направленіи, т. е. просвѣщая народъ, можно достигнуть желаемаго; невѣжественная, непросвѣщенная нація неспособна на пониманіе справедливости; только истина, понятная и доступная всѣмъ, можетъ, наконецъ, научить людей быть справедливыми и великодушными.

Перейти на страницу:

Все книги серии Четвероевангелие

Похожие книги

Антон Райзер
Антон Райзер

Карл Филипп Мориц (1756–1793) – один из ключевых авторов немецкого Просвещения, зачинатель психологии как точной науки. «Он словно младший брат мой,» – с любовью писал о нем Гёте, взгляды которого на природу творчества подверглись существенному влиянию со стороны его младшего современника. «Антон Райзер» (закончен в 1790 году) – первый психологический роман в европейской литературе, несомненно, принадлежит к ее золотому фонду. Вымышленный герой повествования по сути – лишь маска автора, с редкой проницательностью описавшего экзистенциальные муки собственного взросления и поиски своего места во враждебном и равнодушном мире.Изданием этой книги восполняется досадный пробел, существовавший в представлении русского читателя о классической немецкой литературе XVIII века.

Карл Филипп Мориц

Проза / Классическая проза / Классическая проза XVII-XVIII веков / Европейская старинная литература / Древние книги
Вор
Вор

Леонид Леонов — один из выдающихся русских писателей, действительный член Академии паук СССР, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии. Романы «Соть», «Скутаревский», «Русский лес», «Дорога на океан» вошли в золотой фонд русской литературы. Роман «Вор» написан в 1927 году, в новой редакции Л. Леонона роман появился в 1959 году. В психологическом романе «Вор», воссоздана атмосфера нэпа, облик московской окраины 20-х годов, показан быт мещанства, уголовников, циркачей. Повествуя о судьбе бывшего красного командира Дмитрия Векшина, писатель ставит многие важные проблемы пореволюционной русской жизни.

Леонид Максимович Леонов , Виктор Александрович Потиевский , Меган Уэйлин Тернер , Яна Егорова , Роннат , Михаил Васильев

Проза / Классическая проза / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Фантастика / Романы
Тайная слава
Тайная слава

«Где-то существует совершенно иной мир, и его язык именуется поэзией», — писал Артур Мейчен (1863–1947) в одном из последних эссе, словно формулируя свое творческое кредо, ибо все произведения этого английского писателя проникнуты неизбывной ностальгией по иной реальности, принципиально несовместимой с современной материалистической цивилизацией. Со всей очевидностью свидетельствуя о полярной противоположности этих двух миров, настоящий том, в который вошли никогда раньше не публиковавшиеся на русском языке (за исключением «Трех самозванцев») повести и романы, является логическим продолжением изданного ранее в коллекции «Гримуар» сборника избранных произведений писателя «Сад Аваллона». Сразу оговоримся, редакция ставила своей целью представить А. Мейчена прежде всего как писателя-адепта, с 1889 г. инициированного в Храм Исиды-Урании Герметического ордена Золотой Зари, этим обстоятельством и продиктованы особенности данного состава, в основу которого положен отнюдь не хронологический принцип. Всегда черпавший вдохновение в традиционных кельтских культах, валлийских апокрифических преданиях и средневековой христианской мистике, А. Мейчен в своем творчестве столь последовательно воплощал герметическую орденскую символику Золотой Зари, что многих современников это приводило в недоумение, а «широкая читательская аудитория», шокированная странными произведениями, в которых слишком явственно слышны отголоски мрачных друидических ритуалов и проникнутых гностическим духом доктрин, считала их автора «непристойно мятежным». Впрочем, А. Мейчен, чье творчество являлось, по существу, тайным восстанием против современного мира, и не скрывал, что «вечный поиск неизведанного, изначально присущая человеку страсть, уводящая в бесконечность» заставляет его чувствовать себя в обществе «благоразумных» обывателей изгоем, одиноким странником, который «поднимает глаза к небу, напрягает зрение и вглядывается через океаны в поисках счастливых легендарных островов, в поисках Аваллона, где никогда не заходит солнце».

Артур Ллевелин Мэйчен

Классическая проза