Читаем Истина полностью

Въ сущности исторія съ тридцатью франками была очень простая. Съ тѣхъ поръ, какъ въ Жонвилѣ существовала школа, учитель получалъ эти тридцать франковъ за то, что звонилъ въ колоколъ. Маркъ, который отказался отъ этой обязанности, уговорилъ муниципальный совѣтъ дать этимъ тридцати франкамъ другое назначеніе, говоря, что если кюрэ желаетъ имѣть звонаря, то можетъ оплатить его изъ своихъ средствъ. Древніе часы на колокольнѣ шли такъ плохо, что постоянно отставали; случилось, что старый часовой мастеръ, вернувшійся на родину, требовалъ какъ разъ тридцать франковъ въ годъ, чтобы чинить ихъ и слѣдить за правильнымъ ходомъ часовъ. Маркъ сперва завелъ всю эту исторію просто такъ, ради шутки, но крестьяне серьезно занялись этимъ вопросомъ и стали высчитывать, что имъ выгоднѣе: чтобы звонили къ обѣднѣ, или чтобы часы на башнѣ точно указывали время; они, конечно, и не подумали поставить на очередь вопросъ о другихъ тридцати франкахъ и получить и то, и другое: крестьяне не любили обременять свой бюджетъ лишними тратами. Завязалась борьба между властью кюрэ и вліяніемъ учителя, и послѣдній въ концѣ концовъ одержалъ побѣду, между тѣмъ какъ аббатъ Коньясъ, несмотря на то, что извергалъ громы и молніи и угрожалъ проклятіемъ тѣмъ, которые хотѣли заставить умолкнуть божественный благовѣстъ, долженъ былъ наконецъ уступить. Послѣ того, какъ колоколъ молчалъ въ продолженіе цѣлаго мѣсяца, онъ вдругъ въ одно прекрасное утро снова зазвонилъ съ необыкновеннымъ усердіемъ. Оказалось, что старая служанка, ужасная Пальмира, забралась на колокольню и звонила, размахивая изо всѣхъ силъ своими короткими руками. Съ тѣхъ поръ аббатъ Коньясъ, видя, что мэръ ускользаетъ изъ-подъ его вліянія, перемѣнилъ тактику. Онъ сдѣлался необыкновенно остороженъ, внимателенъ и вѣжливъ, несмотря на тотъ гнѣвъ, который кипѣлъ въ его душѣ. А Маркъ почувствовалъ, что его значеніе возросло; Мартино часто обращался къ нему за совѣтомъ, будучи увѣренъ, что онъ можетъ на него положиться. Маркъ сдѣлался секретаремъ совѣта старшинъ и понемногу началъ вліять на ходъ дѣлъ, оставаясь въ сторонѣ, стараясь не задѣть чужого самолюбія; тѣмъ не менѣе въ его рукахъ оказалась сила, потому что онъ олицетворялъ собою умъ и твердую разумную волю, руководившую крестьянами, которые желали одного, чтобы все шло мирно, и чтобы ихъ интересы не страдали. Маркъ являлся представителемъ добраго начала: просвѣщеніе постепенно распространялось по всей округѣ, вносило всюду свѣтъ, разрушало суевѣрія, помогало искоренять предразсудки и сѣяло всюду благосостояніе, потому что только знаніе можетъ поднять матеріальное благополучіе. Никогда еще Жонвиль не находился въ такихъ благопріятныхъ условіяхъ, и его можно было считать самымъ счастливымъ мѣстечкомъ во всей округѣ. Маркъ находилъ большую поддержку въ мадемуазель Мазелинъ, учительницѣ школы для дѣвочекъ, которая находилась рядомъ со школою для мальчиковъ; ихъ раздѣляла только стѣна. Маленькая брюнетка, некрасивая, но необыкновенно симпатичная, съ открытымъ лицомъ, доброй улыбкой большого рта и большими ласковыми глазами, она вся горѣла желаніемъ придти на помощь своимъ ближнимъ; она также олицетворяла собою здравый умъ и волю, направленную на добро; казалось, что она родилась для того, чтобы быть воспитательницей, — она сумѣла совершенно преобразовать довѣренныхъ ей дѣвочекъ. Воспитаніе свое она получила въ нормальной школѣ Фонтене-о-Розъ, гдѣ добрый, сердечный руководитель, при помощи отличной методы, создавалъ цѣлый рядъ піонерокъ, которыя, разсыпаясь по странѣ, работали надъ созданіемъ отличныхъ женъ и просвѣщенныхъ матерей. Въ двадцать четыре года она занимала уже самостоятельное мѣсто, благодаря тому, что Сальванъ и Баразеръ сумѣли ее оцѣнить и были увѣрены, что она принесетъ большую пользу всей округѣ. Они испробовали ея силы въ этомъ заглохшемъ мѣстечкѣ, немного обезпокоенные лишь ея свободомысліемъ, боясь, какъ бы она не возстановила противъ себя родителей антиклерикальнымъ направленіемъ преподаванія и твердымъ убѣжденіемъ, что женщина принесетъ въ міръ счастье только тогда, когда будетъ освобождена отъ вліянія аббатовъ. Она вносила въ преподаваніе много разумнаго веселья и, хотя не водила дѣвочекъ къ обѣднѣ, но такъ умѣло съ ними занималась и такъ ихъ берегла, что родители были отъ нея въ полномъ восторгѣ и положительно ее обожали. Такимъ образомъ она являлась для Марка сильной и твердой поддержкой; рука объ руку съ нею, онъ могъ доказать, что можно, любя трудъ больше Бога, не ходить къ обѣднѣ и все-таки быть хорошимъ человѣкомъ, честно трудиться и жить, поступая во всемъ согласно съ совѣстью.