Читаем Истина полностью

Савенъ очень гордился тѣмъ, что помѣстилъ Ахилла въ канцелярію судебнаго пристава, подыскивая и Филиппу такое же занятіе. Фердннанду Бонгару не удалось получить свидѣтельство объ окончаніи курса; онъ не отличался блестящими способностями, но благодаря школѣ былъ все же развитѣе своего отца. Онъ теперь помогалъ отцу на фермѣ и готовился сдѣлаться земледѣльцемъ. Сестра его, Анжель Бонгаръ, болѣе способная, чѣмъ братъ, кончила курсъ у мадемуазель Рузеръ и научилась отлично вести счеты; это была очень тщеславная и лукавая дѣвица, мечтавшая о выгодномъ бракѣ. Гортензія Савенъ, несмотря на свои шестнадцать лѣтъ, все еще не кончила курса; это была красивая брюнетка, большая ханжа, всегда стоявшая во главѣ всякихъ религіозныхъ процессій. Отецъ мечталъ для нея о блестящей партіи, между тѣмъ ходили слухи о какой-то таинственной связи, и съ каждымъ днемъ становилось очевиднѣе, что она готовится стать матерью.

Новые ученики замѣняли выбывшихъ; набѣгающая волна молодого поколѣнія давала Марку свѣжій матеріалъ для воспитанія: къ нему поступилъ младшій Савенъ, Леонъ, которымъ очаровательная госпожа Савенъ была беременна въ то время, когда разыгралось дѣло Симона; затѣмъ младшій Долуаръ, Жюль, которому только что минуло семь лѣтъ. Пройдутъ годы и годы, и дѣти этихъ дѣтей поступятъ въ школу, и если Маркъ останется учителемъ, онъ займется ихъ просвѣщеніемъ и поможетъ имъ сдѣлать еще шагъ впередъ на пути къ лучшему, свѣтлому будущему.

У Марка въ классѣ былъ мальчикъ, который доставлялъ ему много заботъ: это былъ маленькій Жозефъ, сынъ Симона, которому шелъ двѣнадцатый годъ. Маркъ долго не рѣшался принять его въ школу, боясь, какъ бы товарищи не оскорбили впечатлительнаго ребенка побоями и ругательными словами. Затѣмъ, надѣясь на то, что дикія страсти улеглись, онъ упросилъ Лемановъ и госпожу Симонъ отдать ему мальчика, обѣщая слѣдить за несчастнымъ ребенкомъ. Три года мальчикъ пробылъ въ школѣ, и Марку удалось поставить его на товарищескую ногу съ другими дѣтьми и охранить его отъ обидъ. Онъ даже воспользовался его присутствіемъ въ классѣ, какъ живымъ примѣромъ, чтобы внушить дѣтямъ терпимость, добрыя чувства и уваженіе къ личности. Жозефъ былъ красивый и умный ребенокъ: онъ унаслѣдовалъ красоту матери и недюжинный умъ отца; мальчикъ былъ не по годамъ серьезенъ и вдумчивъ, благодаря ужасной судьбѣ своего отца, которую онъ зналъ. Онъ занимался съ какимъ-то мрачнылъ упорствомъ, желая быть первымъ въ классѣ и тѣмъ оградить себя отъ нападокъ. Его мечтой, его горячимъ желаніемъ, которое въ немъ поддерживалъ Маркъ, было сдѣлаться учителемъ, и въ этомъ стремленіи ребенка чувствовалась опредѣленная цѣль — возстановить доброе имя отца. Весьма возможно, что благородное стремленіе мальчика и его усидчивое прилежаніе тронули сердце маленькой Луизы. Онъ былъ на три года старше ея, и вскорѣ они очень подружились и радовались всякій разъ, когда встрѣчались.

Иногда Маркъ удерживалъ его послѣ окончанія занятій вмѣстѣ съ сестрою Сарою, которая приходила, чтобы проводить его домой; онъ приглашалъ ихъ къ себѣ, а также и Себастіана Милома, который былъ его любимымъ ученикомъ. Пріятно было смотрѣть, какъ дѣти весело играли другъ съ другомъ, никогда не ссорясь; маленькая Луиза была въ восторгѣ, и возня и хохотъ не умолкали. Впрочемъ, иногда они часами занимались чтеніемъ, вырѣзали картинки, а затѣмъ опять скакали и прыгали, отдаваясь дѣтской веселости. Сара воспитывалась дома: мать не рѣшалась отдать ее въ школу; это была прелестная дѣвочка десяти лѣтъ, кроткая и добрая; Себастіанъ, на пять лѣтъ ея старше, относился къ ней съ нѣжною заботливостью любящаго брата и хохоталъ, какъ сумасшедшій, когда она садилась ему на спину и заставляла его скакать по комнатѣ, требуя, чтобы онъ изображалъ изъ себя ретиваго коня.

Только одна Женевьева бывала недовольна этими посѣщеніями; для нея это было новымъ предлогомъ изливать свой гнѣвъ противъ мужа. Къ чему приводить въ домъ этихъ жиденятъ? Ея дочери не подобало компрометировать себя съ дѣтьми отвратительнаго преступника. Такимъ образомъ эти собранія дѣтей являлись еще однимъ поводомъ къ ссорамъ между супругами.

Перейти на страницу:

Все книги серии Четвероевангелие

Похожие книги

Антон Райзер
Антон Райзер

Карл Филипп Мориц (1756–1793) – один из ключевых авторов немецкого Просвещения, зачинатель психологии как точной науки. «Он словно младший брат мой,» – с любовью писал о нем Гёте, взгляды которого на природу творчества подверглись существенному влиянию со стороны его младшего современника. «Антон Райзер» (закончен в 1790 году) – первый психологический роман в европейской литературе, несомненно, принадлежит к ее золотому фонду. Вымышленный герой повествования по сути – лишь маска автора, с редкой проницательностью описавшего экзистенциальные муки собственного взросления и поиски своего места во враждебном и равнодушном мире.Изданием этой книги восполняется досадный пробел, существовавший в представлении русского читателя о классической немецкой литературе XVIII века.

Карл Филипп Мориц

Проза / Классическая проза / Классическая проза XVII-XVIII веков / Европейская старинная литература / Древние книги
Вор
Вор

Леонид Леонов — один из выдающихся русских писателей, действительный член Академии паук СССР, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии. Романы «Соть», «Скутаревский», «Русский лес», «Дорога на океан» вошли в золотой фонд русской литературы. Роман «Вор» написан в 1927 году, в новой редакции Л. Леонона роман появился в 1959 году. В психологическом романе «Вор», воссоздана атмосфера нэпа, облик московской окраины 20-х годов, показан быт мещанства, уголовников, циркачей. Повествуя о судьбе бывшего красного командира Дмитрия Векшина, писатель ставит многие важные проблемы пореволюционной русской жизни.

Леонид Максимович Леонов , Виктор Александрович Потиевский , Меган Уэйлин Тернер , Яна Егорова , Роннат , Михаил Васильев

Проза / Классическая проза / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Фантастика / Романы
Тайная слава
Тайная слава

«Где-то существует совершенно иной мир, и его язык именуется поэзией», — писал Артур Мейчен (1863–1947) в одном из последних эссе, словно формулируя свое творческое кредо, ибо все произведения этого английского писателя проникнуты неизбывной ностальгией по иной реальности, принципиально несовместимой с современной материалистической цивилизацией. Со всей очевидностью свидетельствуя о полярной противоположности этих двух миров, настоящий том, в который вошли никогда раньше не публиковавшиеся на русском языке (за исключением «Трех самозванцев») повести и романы, является логическим продолжением изданного ранее в коллекции «Гримуар» сборника избранных произведений писателя «Сад Аваллона». Сразу оговоримся, редакция ставила своей целью представить А. Мейчена прежде всего как писателя-адепта, с 1889 г. инициированного в Храм Исиды-Урании Герметического ордена Золотой Зари, этим обстоятельством и продиктованы особенности данного состава, в основу которого положен отнюдь не хронологический принцип. Всегда черпавший вдохновение в традиционных кельтских культах, валлийских апокрифических преданиях и средневековой христианской мистике, А. Мейчен в своем творчестве столь последовательно воплощал герметическую орденскую символику Золотой Зари, что многих современников это приводило в недоумение, а «широкая читательская аудитория», шокированная странными произведениями, в которых слишком явственно слышны отголоски мрачных друидических ритуалов и проникнутых гностическим духом доктрин, считала их автора «непристойно мятежным». Впрочем, А. Мейчен, чье творчество являлось, по существу, тайным восстанием против современного мира, и не скрывал, что «вечный поиск неизведанного, изначально присущая человеку страсть, уводящая в бесконечность» заставляет его чувствовать себя в обществе «благоразумных» обывателей изгоем, одиноким странником, который «поднимает глаза к небу, напрягает зрение и вглядывается через океаны в поисках счастливых легендарных островов, в поисках Аваллона, где никогда не заходит солнце».

Артур Ллевелин Мэйчен

Классическая проза