Читаем Испивший тьмы полностью

Цепочек следов было несколько – неудивительно, ведь это ворота и люди ходят туда-сюда. Все следы были от копыт маленьких проворных кобылок, которых разводили племена Крума, за исключением одного, сворачивавшего на юг. И я поскакал по этому следу. Копыта кобылок занимали лишь половину отпечатка копыт, оставленных этим конем.

Я ехал по следу – чем дальше, тем более свежему. Он вел вверх по склону холма, потом вниз, по Мертвому лесу и через извилистый замерзший ручей.

Ион был там и пил из ручья. Он вонзил в лед пылающий меч с горящими на клинке кровавыми рунами. Внизу, где мерцал огонь, струилась вода.

Ради Мары я решил забыть о благородной битве. Я раскрыл железную ладонь и метнул молнию ему в спину.

Она ударила в покрытое кровавыми рунами одеяние, а потом исчезла, как простой луч света. Ион допил воду из ладони, взял пылающий меч и обернулся.

– Разить человека в спину, исподтишка?.. – Он улыбнулся и покачал головой. – Как мерзко. Я сказал бы, поступок, недостойный гордого паладина.

– Подглядывать за людьми в их собственной спальне – не менее отвратительно.

– Как и разделять спальню с женщиной, которая принадлежит не тебе.

– А кто заявил на нее права? Твой хозяин? Она даст отрезать себе руки и ноги, лишь бы увидеть его мертвым. Кроме этого, они не женаты.

– Они женаты. Только суть их брака тебе не понять. – Он поднял пылающий меч над головой. – Она тебе не сказала?

Я раскрыл черный кулак и сотворил копье золотой молнии. Невесомое и полное мерцающих звезд.

– Я предпочитаю не лезть не в свое дело.

Глядя на мое колдовство, он лишь шире улыбнулся:

– Михей, она не твоя, не тебе ее защищать. Кругом достаточно потаскух и для тебя, и для капитана. Так зачем сражаться?

– Все не настолько примитивно. Тебе, жалкой твари, этого не понять.

– В другой жизни ты стал монахом? – Ион хрипло рассмеялся. – Тебе больше не за что сражаться, и ты готов подхватить с земли любое старое знамя. Лучше всего никому не нужное, да? Тогда ты поверишь, что ты настоящий герой. Тогда ты не чудовище, каким тебя все считают. – Он указал острием пылающего меча на мое копье-молнию. – Но только чудовище способно сделать такое.

– Если я чудовище, то и ты тоже.

– Не возражаю. Землей правят чудовища. Когда они сражаются, можно даже услышать вопли самой земли!

Он взмахнул пылающим клинком, и, к моему ужасу, огонь отлетел от стали и устремился ко мне.

Я скатился с лошади и упал на спину, но успел метнуть в него копье.

Огонь опять попал в его одежду, кровавые руны вспыхнули. Ион метнул огонь в меня, но я успел перекатиться под лошадь, она загорелась, поднялась на дыбы и с громким ржанием бросилась через замерзший ручей.

На этот раз я вызвал меч-молнию, перекатился вперед и кинулся на кровавого колдуна. Однако огненные шары, отскочившие от его клинка, с трех сторон зависли надо мной. Я уклонился, укрывшись за валуном, в который они ударили.

– Убийство человека с редким вкусом крови – всегда трагедия, – сказал Ион. – Надеюсь, мальчик жив и здоров. Ты знаешь, останься вы с нами, мы были бы на пороге великого открытия в науке кровавого колдовства.

Ион пытался меня отвлечь. Услышав его приближающиеся шаги, я вызвал хлыст-молнию, выскочил из укрытия и метнул в него.

Со скоростью колибри он сунул палец в карман и прямо на воздухе нарисовал кровавую руну.

Едва она засветилась, тело Иона превратилось в туман, а хлыст-молния рассыпался искрами. Колдун исчез и появился верхом на лошади, его клинок теперь не пылал.

Я вызвал несколько молний-стрел, нацелился на его голову и выпустил сразу все. Они пролетели по воздуху и поразили одежду Иона, не причиняя вреда, их как будто притягивало к нему. Он сунул палец в карман и нарисовал руну на своем клинке, взмахнул им – и на меня обрушилась молния, такая же свирепая, как и моя. Я поднял железную руку, укрывая лицо. Она поглотила молнию, став пылающе-красной.

Ион рассмеялся:

– Должен признать, я немного завидую. Кто знал, что солнцеглотание – такая мощная сила?

Я опять вызвал меч-молнию.

– И она тебя уничтожит.

– Возможно, но не сегодня. Хотя ты заставил меня поволноваться. Я с нетерпением жду нового боя с тобой в солнечном Семпурисе. Ведь вы туда направляетесь? Ана томится в четырех фортах. Приходи и возьми. – Он с легкой небрежностью пожал плечами. – Ты мог бы найти любой другой повод. И победил бы, и остался доволен собой. Но битва – вся твоя жизнь, ведь так? Большая игра, которой тебе всегда мало. Стремление к завоеванию у тебя в крови. – Он указал на небо. Над нами парил глаз с маленькой красной радужкой.

Я бросил в него пучок молний с ладони. Глаз уклонился и взлетел вверх. Удар пришелся по облаку, и по небу раскатился гром.

Ион нарисовал в воздухе кровавую руну. Я бросился к его лошади, пригнулся и махнул по ее ногам мечом-молнией. Но лошади уже не было, она обратилась в туман вместе с Ионом.

– Усерднее упражняйся перед нашим реваншем, – откуда-то издалека крикнул он. – Тебе нужно действовать быстрее, солнцеглотатель, если собрался меня убить.