Читаем Искусство кончать молча полностью

Виктор в сердцах выключил аппаратик. Порожняк, пижонство, балалайка… Нечего тут было слушать.

На фиг.

* * *

Он достал фотографию хмыря, которого Гаргулия представил изобретателем секстензора-истребителя. Видимо, это и был некто Рафаэль, сектант и доцент. То бишь никакой не изобретатель, а самозванец. Неизвестно, собирается ли он продать родину или это выдумка лукавого капитана, однако какими-то тайнами этот парень и вправду владеет. В ФСБэшном НИЦе не дураки, не стали бы вынимать арестанта «из заклёпок»[8], если б тот был пуст и бесполезен.

Убить Рафаэля у рогоносца не получилось, вся его ненависть ушла на один-единственный смертельный выстрел из истребителя, сделанный по предыдущему любовнику — жены? подруги? — не суть. Потому, собственно, и понадобился ему новый «стрелок» в лице Неживого.

С другой стороны, похоже, Гаргулия не наврал в главном: опытный образец, который он снял с зарезанного им испытателя, существует в единственном экземпляре.

Что из этого следует?

А то, что убрать хмыря с фотографии сбежавший эксперт хотел с очень ясной целью, далёкой от разбитой любви или поруганного патриотизма. Чего уж яснее — завладеть монополией на такое оружие…

При этих мыслях чехол словно двинулся сам собой, сжав плоть майора; словно проявил недовольство… ну хорошо, хорошо, ты НЕ оружие, ты — товарищ…

Всё это не моё дело, подумал Виктор. Не мои это игры. Моё дело — сидеть в щели и стараться не шевелить усиками.

А ведь я влип, подумал он. Если ОНИ догадаются, что кто-то хоть раз успешно попользовался истребителем, это конец. На всю оставшуюся жизнь станешь экспериментальным образцом, и вряд ли жизнь будет долгой.

Что же делать?

Важный вопрос в письме покойника остался без ответа. Гаргулия спросил, почему нечистая сила отказалась от прежних владельцев кнопки. Да потому что они там слабаки, констатировал Виктор. Мало быть отморозком, мало заложить душу в этой ипотеке, надо ещё и человеком быть, — хорошим человеком. Как я.

* * *

Отношения с высшими силами у Виктора были просты: он любил фильмы ужасов, желательно про Сатану. При этом никогда не размышлял, кому сам-то служит. Хотя, ответ на этот вопрос представляет не только академический интерес. Творимая им гремучая смесь добра и зла уже разметала по тюрьмам, больницам и кладбищам изрядное количество не только чистых, светлых людей, но и прирождённой нечисти. Так чья же воля двигала им по жизни?

Можно предположить, что он был мечом, висящим у врат в наш мир: кто входит, тот и берёт. Типа напрокат. Должен же кто-то, в конце концов, быть клинком, а не ножнами?! А то, что хозяин у клинка меняется, так это ведь нормально для хорошо изготовленной вещи.

И на том — долой сомнения.

К слову, про ножны. Кроме ужастиков, майор любил порно, особенно лесбийское, а также, как ни странно, диснеевские мультфильмы. Но живые картинки с собственным участием он всё-таки любил гораздо, неизмеримо больше. Симпатичные бабенки это чувствовали. А может, женщины просто чувствовали сексуальную энергию, которая перла из него, как пиво в жару?

Искусством кончать он владел во всех формах.

…Откровенно говоря, Президент Российской федерации, глядящий Неживому в спину, уже достал. Как Храповский выдерживает? Ведь целыми днями просиживает в этом кресле. Или у него с портретом особые отношения?

Витя с ленцой развернулся.