Читаем Искупительница полностью

Поле битвы похоже на лоскутное одеяло из разных королевств. Кетцальские боевые орудия зажигают пушки и стреляют в Разлом ледяными ядрами из святой воды, пока морейосские лучники засыпают врагов стрелами. Бирасловяне в рогатых шлемах едут верхом на белоснежных боевых волках, обеспечивая укрытие для суонских и ниамбийских воинов, которые со смертоносной точностью бросают метательные копья. Воины из нового Джибанти сражаются плечом к плечу со спартийскими солдатами, а мьюйские берсерки в синей боевой раскраске и клетчатых беретах едут на колесницах вместе с дирмийцами. Целители Благословенной Долины и Нонта уносят с поля раненых и с мрачной решимостью обрабатывают их раны.

И все же, несмотря на эту славную картину, несмотря на то что Армия Двенадцати Королевств вынуждает орду мертвых отступать обратно к Разлому, как хорошо смазанная машина, они явно проигрывают. Как иначе? Их враг не может умереть. На место одного Искупителя, которого удается сжечь, запереть в клетку или сбросить обратно в Подземный мир, приходят еще десять. И они продолжают прибывать.

* * *

Я вышла из разума Е Юн. Сердце бешено стучало. Санджит. Вассальные правители. Сотни тысяч аритских воинов – все обречены. Великий Ам, даже проклятые Искупители были в этом лишь жертвами, вынужденные осквернять свои тела кровью и убийством!

– Ну? – выдохнула Е Юн. – Что ты сделала? Почему Искупители напали на нас?

Я тяжело сглотнула.

– Это началось не из-за того, что я здесь. Абику планировали этот ход уже долгое время.

– А ты, Вураола, – прошипели голоса, – можешь это остановить.

Мы с Е Юн резко развернулись. На плато в облаке насекомых появились серокожие абику, скалящие свои острые зубы. Я поежилась.

– Что это значит?

Их лишенные зрачков глаза вспыхнули кровавым светом.

– Мы предложим тебе то же, что и твоей матери. – Они показали на статую Полководца Пламя. – Умри, чтобы другие могли жить. Отдай воспоминания святилищу. Затем ты отправишься в верхний мир и станешь нашей императрицей. Отменишь Перемирие. Ослабишь континентальные королевства… а взамен мы используем нашу силу, чтобы уничтожить святилище, освободить твои воспоминания и воспоминания оджиджи.

Я с подозрением их оглядела.

– С чего вдруг вы хотите отказаться от своей армии мертвецов? Вы уже побеждаете. Со временем ваши дети-солдаты могут уничтожить десятую часть континента. Вы получили, что хотели. Так зачем предлагать мне сделку?

– Ты неверно поняла нашу цель, Вураола. Мы никогда не собирались уничтожать человечество, даже во времена Энобы. Нет, Маленькая Императрица, мы хотим им править. Расширить нашу территорию от этого царства смерти и дыма на молодой, перспективный Верхний мир. Там мы станем еще сильнее, как были когда-то на заре времен. – Их глаза мечтательно сверкнули. – Но это станет возможным, только если ты отменишь Перемирие.

– С чего бы мне соглашаться? С чего мне позволять вам захватить континент?

– Потому что иначе, – усмехнулись абику, показав на армию внизу, – всех ждет смерть, а бедных-бедных Искупителей ждет вечное проклятие. Выбор прост, Вураола.

Демоны стали меняться прямо на глазах: они отбросили образ чудовищных детей и предстали передо мной в виде крылатых созданий, пылающих темно-зеленым огнем.

– Новая эра для человечества, в которой оно наконец будет служить абику, по своей природе превосходящим их во всем… Или конец всей жизни на континенте. Решай скорее, Вураола. – Они снова взглянули на ряды детей-солдат и растянули чешуйчатые пасти в усмешке. – У твоих друзей в Верхнем мире осталось не так много времени.

Перед глазами тут же промелькнуло воспоминание о Дайо и Санджите, о Минь Цзя, Цзи Хуане, Усмале и остальных, ведущих войска в бой против бесконечных врагов: их лица блестели от пота, голоса уже охрипли, и силы явно были на исходе.

Я лихорадочно искала решение этой задачи, перебирая в голове все возможные варианты.

Но каждый ответ неизменно включал в себя смертельную жертву.

Я коснулась Иранти, спрашивая разрешения. Наши судьбы были связаны: если я паду, она последует за мной. В ее многочисленных глазах плескалось горе. Она потерлась рогом о мои пальцы и кивнула, выражая согласие.

– Ну? – потребовали абику. – Принимаешь ли ты наши условия, Императрица-Искупительница?

Я закрыла глаза, чувствуя, как пахнущий серой ветер Подземного мира треплет мои волосы. Затем я коснулась лилии Е Юн у себя за ухом и мысленно попрощалась со всем, что я когда-либо знала и любила: с цветом жизни, с весом живой души.

Я сказала Иранти вслух, чтобы абику слышали:

– Отведи меня к святилищу Полководца.

– Нет! – прошептала Е Юн. Ее сдержанное обычно лицо было залито слезами. – Должен быть другой выход!

Улыбнувшись, я наклонилась и поцеловала ее в лоб. Затем вынула лилию из своих волос и заправила ей за ухо.

– Не бойся, – сказала я ей. – Каким бы ужасным ни стал этот мир, в нем всегда найдется уголок, где будут расти цветы.