– Слушай, ты похож на кролика под проливным дождём, – ответил Карсон и прыснул. – Я всё время пытаюсь тебе это сказать, но ты же не слышишь. На свете в самом деле есть люди, которые считают тебя как минимум таким же хорошим вождем, как и Николая. Дьявол, да я бы не удивился, если бы узнал, что большинство твоих кадетов после выпуска именно поэтому пошли за Николаем. Николай просто… ну, ты понял.

Андрей, наконец, отдышался. Хотя ему с трудом удавалось поверить словам Карсона, но последняя фраза при всем желании не могла быть интерпретирована иначе. Его брат бросал тень на всех, кто оказывался вблизи от него.

– Я переговорил со своим штабом, Андрей, – продолжил Карсон, – 149-й в полной готовности. Мы следуем за Николаем.

– Так же, как и большинство кораблей космического флота, – добавил Маккенна.

Андрей проглотил комок в горле. Теперь он понимал, что привести в исполнение план Николая, оказывается, вполне возможно. Эвакуировать столько гражданских, сколько можно, и основать где-нибудь далеко новую, жизнеспособную колонию. Теперь, с дополнительной огневой мощью 149-го и космических сил… может получиться.

У Андрея словно гора с плеч свалилась. За Николаем пошли люди. Ради меня. Несмотря на оставшиеся трудности в исполнении их задумки, Андрей чувствовал, что его вечные сомнения в самом себе наконец-то начали исчезать. Как минимум, некоторые из них. Он не смог сдержать сардонической улыбки. Когда я начну уже доверять сам себе, не выдержав прежде боя с собственным «я»?

Однако теперь они стояли на пороге войны.

И Андрей был готов драться.

29

Леса Банлан, неподалеку от Весты

Полуостров Адского Пламени, Эдем

Миры Пентагона

31 декабря 2801 года

Перед Андреем встала гигантская стена огня. Огненное море разлилось на многие километры, гневные оранжевые, тёмно-красные и ярко-жёлтые языки пламени пожирали всё, до чего могли дотянуться, и выбрасывали в воздух облака густого чёрного дыма. Не заботясь о том, что тем быстрее уничтожает предпосылки к собственному существованию, чем сильнее бушует, лесной пожар кидался в разные стороны, словно голодный демон, стремящийся пожрать все вокруг.

Находясь в относительной безопасности своего «Экстерминатора» Андрей всё же задрожал от вида адского природного катаклизма. Так как скорость ветра достигала 60 километров в час, а солнце нещадно палило со стороны гор на горизонте, смертный приговор лесам Банлан был вынесен, как только разгорелся первый пожар. Достаточно одного-единственного неточного выстрела, не говоря уже о той огневой мощи, которую мы тут собрали…

Даже поспешно заключенное соглашение о прекращении огня сроком на один час уже не могло ничего спасти. Расчистка лесополос, предпринятая для того, чтобы предотвратить дальнейшее распространение пожара – по крайней мере, в том регионе, где они находились – увенчалась примерно таким же успехом, как плевки против ветра.

В тот момент, когда пожар достиг просеки, огненный демон, казалось, учетверил свои старания. Ветер раздувал огонь до самых высоких древесных вершин и те немедленно превращались в факелы. Словно осадные катапульты времен терранского средневековья, горящие кроны деревьев выплёвывали огненные шары далеко за пределы расчищенного пространства. Всё было безнадёжно.

Уж скорее, мы останемся живыми до завтра, чем подавим этот пожар. А наши шансы выжить – исчезающемалы…

– Я засекла движение со стороны сектора-три. Похоже, авангард их основной группировки, – доложила капитан Виммер. – Полагаю, они идут сюда, чтобы закончить свое дело.

Похоронный голос её подчиненной отражал общее ощущение катастрофы, засевшее в голове у Андрея. Сообщение уязвило его куда больше, чем уничтожение леса со всей его уникальной флорой и фауной. После всего, что им пришлось выдержать… какая разница – парой деревьев и зверей больше или меньше? Но это осознание собственной гибели в голосе Виммер…

Андрей так крепко сжал зубы, что у него перед глазами заплясали белые точки.

– Ещё пять минут.

– Это больше, чем у нас есть в запасе, сэр.

– Проклятье, я сам это знаю. Но если нам не удастся защитить корабли в Весте, пока они не поднимутся – значит, всё было напрасно!