Читаем Исход полностью

Андрей едва не свалился в обморок, когда он в результате жёсткого падения своей машины на землю сильно ударился головой о боковой поручень командного кресла. Из носа и рта потекла кровь и он отчаянно старался остаться в сознании. Правую щиколотку пронзила острая боль и он понял, что ранением головы его потери не завершились. Но у него попросту не было времени разбираться. В центре апокалиптического вихря из взрывающихся снарядов автопушек, шипящих молний ППЧ и бесчисленных лазерных лучей вновь появился «Хайлендер», направляясь прямо на него – пока не заполнил собой весь передний экран.

Андрей выдохнул, переполненный чувством отстраненности от происходящего, а «Хайлендер» медленно поднял ногу. Я сделал всё, что смог, Никки. Доли секунды спустя, когда гигантская нога уже медленно опускалась, ещё одна мысль вспыхнула у него в мозгу. Отец.

Неожиданно слева показалась рука ещё одного меха. Она заканчивалась стволом пушки Гаусса и была направлена в голову «Хайлендера». Прозвучал глухой взрыв, когда неизвестный пилот – спаситель Андрея – произвел выстрел.

Огромный цельнометаллический шар на скорости, вдвое превышающую скорость звука, покинул ствол и врезался в голову «Хайлендера». Сила удара попросту снесла напрочь всю пилотскую кабину.

Охваченный потрескивающими потоками энергии, «Хайлендер» завалился направо, в сторону от лежащего на земле «Экстерминатора». Андрей мог дышать лишь с большим трудом, горячий воздух жёг его лёгкие и он чувствовал, как глаза его вылезают из орбит.

Что?! Его разум отказывался понять, что он в последнюю секунду избежал смерти. Андрей медленно поднял взгляд на новоприбывшую машину. Перед ним стоял тяжело поврежденный «Экскалибур». Но у меня в команде вообще нет пилотов на «Экскалибурах»! Андрей неспешно оглядел машину, посмотрел на правую сторону груди, где едва можно было различить знак полковой принадлежности.

Один из них! Это один из них!

– Майор, вы живы? – голос капитана Виммер пробился к нему сквозь пелену апатии. Шок – а с ним и боль – навалились на Андрея и он завопил. Когда он посмотрел вниз, то увидел, что осколки брони пробили оболочку кокпита и пригвоздили его ногу к креслу. Боль билась на краю его сознания, но Андрей сконцентрировался и взглянул на общий радар. Перебежчик и потеря предводителя убедили авангард их преследователей в том, что им лучше всего убраться куда подальше.

Гордость и отчаяние смешались в совершенно невообразимый коктейль, когда Андрей понял, сколь малое количество его людей оставалось в строю.

– Я в порядке. Сейчас попробую подняться. Нет смысла их беспокоить по пустякам. Скоро всё кончится. В этот момент Андрей заметил настоящий водопад новых радарных отметок – основные силы их противника успевали на поле боя раньше, чем они смогли бы отсюда убраться.

Обеспечили ли мы достаточно времени нашим парням? Наверное, мы об этом уже никогда не узнаем.

– Бета-четыре, здесь центр. Прием.

Андрей застонал и с усилием втянул воздух в свои измученные лёгкие. Боль, охватившую его правый бок, едва можно было выдержать. Связь с центральным командованием была оборвана ещё несколько дней назад – многие полагали, что их штаб-квартиру давно уничтожили. Андрей включил нужный канал.

– Здесь бета-четыре, майор Керенский.

– Ждите. Соединяю.

Тишина, прерываемая только потрескиванием перегретых реле за командным креслом. Андрей поймал себя на том, что с изумлением разглядывает «Экскалибур».

Почему ты это сделал? Почему ты перешел на нашу сторону? Что произошло?

Мысль о том, что придётся благодарить этого мехвоина за спасение своей жизни, заставила Андрея истерично захихикать. Он старался не зайтись в сумасшедшем хохоте, опасаясь, что безумие охватит его точно так же, как бесчисленных жителей миров Пентагона в последнее время.

Не осталось больше ничего, за что стоило бы воевать.

– Майор Керенский?

Андрей закрыл глаза. Чего тебе ещё, братишка? Вечно тебе надо оставить последнее слово за собой. Не можешь даже дать мне помереть спокойно?

– Да, сэр?

– Спутниковая съемка показывает, что у вас там полно работы.