Что же до второго вопроса, узнать истинного учителя не составляет никаких трудностей для истинного ученика… Вероятно, вы прочли недостаточно суфийских текстов, иначе вы бы знали, что вы можете войти в заблуждение в этом вопросе, только если что-то недостойное в вас самих притягивает вас к недостойному человеку. Суфи нет нужды демонстрировать свои достоинства. Также и вам нет нужды в тесте на настоящего Суфи. Обратите ту часть себя, которую вы считаете наиболее откровенной к предполагаемому учителю. Истина к истине, обман к обману; если вы сам не обманщик вы не будете обмануты. Предположение, которого вы придерживаетесь, о том, что все искатели истины честны до конца, и все чего им не хватает — это хорошего теста на настоящего учителя, в действительности далеко от истины.

Уловка

Вопрос: О вас говорят, что вы иногда говорите и делаете вещи (например, противостоите ученым), которые вызывают смятение и вражду. Зачем вам это надо?

Ответ: Я могу лишь рассказать вам историю Саади из его Бустана, которая освещает один аспект этой ситуации. Однажды жил старик, которому некий юноша помог небольшой суммой денег. И вот однажды, выйдя из дома, старик увидел, как юношу вели на казнь, за преступление, которое он якобы совершил.

Старик тут же закричал:

— Умер Король! — что привело солдат в такое замешательство, что юноша получил возможность бежать.

Старик был тут же арестован и доставлен во дворец, где предстал перед королем, который спросил:

— Зачем ты сделал так, почтенный старец, и почему ты желал моей смерти?

Тот отвечал:

— Мои слова о том, что ты мертв, не причинили никому вреда, но спасли жизнь.

Я рад добавить, что Король был так удивлен, что велел отпустить старика.

Средства

Вопрос: Какова роль ритуалов, понятий и терминов для Суфи?

Ответ: Быть Суфи и изучать Путь, — значит, иметь определенный склад ума. Этот склад ума возникает в результате применения Суфийским учителем «инструментальной» функции в отношении ученика. Ритуалы, термины и понятия все это элементы инструментальной функции, которые способствуют развитию Суфи, когда они правильно используются и когда люди, их использующие не являются зависимыми от них.

Это было ясно сформулировано Абул Хасаном Нури, более тысячи лет назад:

«Суфи, — говорил он, — не связан ничем, и не связывает никого». Это значит, что все, что он делает, он делает по доброй воле, а не из принуждения или обусловленности. Точно также он не привязан к вещам и не привязывает к ним никого. Нури продолжает:

«Суфизм это не доктрина и не мировое знание. Если бы он был церемониален, церемонии нужно было бы повторять регулярно. Если бы это были обычные знания, им следовало бы обучать формальными методами. На самом же деле, это скорее вопрос характера».

Этот характер и есть тот «склад ума», о котором я говорил вначале, который достигается инструментальной функцией, а не привязанностями и ритуалами[3].

Превратности Учения

Вопрос: Если существовало одно единое Учение, как могло случиться так, что оно было настолько превратно истолковано и неверно использовано, передаваясь через поколения?

Ответ: Есть такая поговорка:

— Все, что попадает в соляную копь, становится соленым Учение, это проявление чего-то, выраженное в предметах материального мира. И как такое проявление оно подвержено искажениям и деформации со стороны тех, кто пытается интегрировать его в свою культуру, не понимая его внутреннего смысла. Выслушайте, что случилось с женщиной по имени Мархума:

Фаридаддин Аттар рассказывает в своей книге Илахи-Нама (Книге Божественного), что жила однажды добродетельная женщина по имени Мархума, чье имя значит «Та, на кого пала милость», ее судьба похожа на судьбу учения.

Ее муж отправился в паломничество, и оставил ее на попечение своего младшего брата. Прошло некоторое время, и брат влюбился в Мархуму и стал искать ее любви. Она отвергла его, но он стал угрожать. И когда она не подчинилась, он подкупил четырех свидетелей и обвинил ее в супружеской неверности. Суд признал ее виновной, и ее побили камнями и оставили умирать в пустыне.

Она пролежала там всю ночь, и на утро ее стоны услышал пустынный Араб, проезжавший мимо. Он спросил ее, кто она, и она ответила, что она больна. Араб забрал ее с собой и решил позаботиться о ней.

Через некоторое время она пришла в себя, и Араб, увидя ее красоту предложил ей стать его женой.

— Но я уже жена своему мужу! — отвечала она. Она так тронула его своими мольбами, что он оставил ее в покое, сделав своей сестрой.

У Араба был раб, который тоже естественно влюбился, и будучи в свою очередь отвергнут, затаил злобу на Мархуму и однажды ночью прокрался в господские покои и убил ребенка Араба, подкинув окровавленный нож под подушку Мархуме.

Когда мать ребенка пришла утром, чтобы накормить его, она обнаружила убийство и по кровавым следам отыскала кинжал под подушкой.

Араб спросил Мархуму, зачем она отплатила его доброте такой черной неблагодарностью, но, в конце концов, ей удалось убедить его в своей невиновности.