Читаем Ипполит полностью

Она в ужасной петле. Федры нет.

Кормилица

(за сценой)

780 Скорей же... О, скорей... И нож острей,

Разрезать эту петлю... Помогите...

Одна из хора

Что делать нам, подруги? Во дворец

Пойдем ли вынимать ее из петли?

Другая из хора

Зачем? Иль нет там молодых рабынь?

Кто без толку хлопочет, не поможет.

Кормилица

(за сценой, с плачем)

Снимите ж хоть ее... не дышит больше...

О, горькая палат охрана мужних.

Корифей

Сомненья нет... Скончалась... Тело там

Уж на одре печальном полагают...

ЯВЛЕНИЕ ОДИННАДЦАТОЕ

Тесей (с левой стороны). Он увенчан лавром. За ним свита.

Тесей (сначала оглядывается на запертую дверь, ищет, к кому бы обратиться, потом,

увидев хор - )

790 Гей, женщины... Тут был какой-то крик...

Неясный плач рабынь из зал дворцовых

Издалека до слуха долетел.

А здесь царя, узревшего святыню,

И у дверей покинутых палат

Ничей привет не встретил... Иль с Питфеем

Что новое случилось, престарелым?

Корифей

Удар судьбы, Тесей. Но не старик,

А яркий, царь, погас здесь жизни светоч.

Тесей

Увы! Увы! Не из детей же кто?

Корифей

800 Они живут - но матери не видят.

Тесей

Что говоришь? Жена... Но как? Но как?

Корифей

От собственной руки, в ужасной петле.

Тесей

В тоске, скажи, иль жребий оковал?

Корифей

Мы знаем то, что слышал ты, и только...

И сами мы недавно здесь, Тесей.

Тесей

О, горе мне... На что ж и лавры эти

На волосах?

(Срывает и бросает их.)

Не праздники справлять

Придется здесь Тесею... Гей, живее,

Рабы, отбить запоры у ворот

И настежь их!.. Пускай достойной плача

825 Картиной я насыщу взор, - жены

810 Я видеть труп хочу, себе на горе...

Рабы отбивают внутренний запор дверей. Широко распахнутые, они показывают внутренность дома. На носилках труп Федры. Около и за ним толпятся служанки.

ЯВЛЕНИЕ ДВЕНАДЦАТОЕ

Тесей и свита около мертвой Федры.

СЦЕНА ПЛАЧА

Хор

(обращаясь к телу Федры)

Увы! Увы! Несчастная... О жребий,

О злодеяние и ты,

О мука, вы сгубили целый дом...

О дерзость, о натиск безумный

На жизнь, на собственную жизнь.

Кто смел, скажите, кто смел

На голову эту

Покров погребального мрака накинуть?

Кто смел?

Тесей

Строфа О, муки!.. О, город!.. Но нет,

Нет горше, подъятых Тесеем,

О, тяжко, так тяжко на плечи

Обрушился жребий, увы мне!

820 То демона скрытая метка?

Иль тайная точит нас язва?

Не море ли бедствий темнеет?

Кружат меня волны - не выплыть,

824 И хлещут, наверх не пускают.

826 Твоя ж, о жена, в каких же словах

Предсмертная мука, скажи мне, сокрылась?

Ты легче, чем птица из плена

В эфире, в Аиде исчезла.

830 О, жребий, о, жребий плачевный!

Мне предок оставил пятно,

Слезами его замываю.

Корифей

Не первый ты подругу, царь, оплакал,

И не один ты дивную терял...

Тесей

Антистрофа Туда я... в подземную ночь

Хочу, и в могиле хочу я

Без солнца лежать, потому что

Ты больше меня не обнимешь,

Мертва ты... Я ж тени бледнее...

840 О, как эти страшные мысли,

Жена, в твою душу проникли?

О нет, не таитесь, рабыни:

Иль чужды душою вы дому?..

О, горе, и ты, о зрелище мук!

Умом не охватишь, не вынесешь сердцем.

Без матери дети - и в доме

Хозяйки не стало. Меня же,

Меня ж на кого покидаешь,

850 О лучшая в ярких лучах,

О лучшая в лунном мерцанье?

Хор

Несчастный, несчастнейший муж!

Ты, бедами дом осажденный!

Над горем твоим, властелин,

Слезами склонились мои орошенные веки,

Но ужас холодных предчувствий

В груди и давней и больней.

Тесей

Ба... Погляди...

Ведь белая рука ее застыла,

Письмо сжимая... Или новых мук

Оно несет нам бремя, или в нем

Вдовцу или сиротам свой завет

Она перед разлукой написала?

860 Нет, бедная, в оставленный тобой

Уж не войдет чертог жена другая.

Покойно спи...

(Делая шаг, направляясь к телу.)

О да, я узнаю

Кольца печать усопшей золотую...

Мгновение и, складень растворив,

Последних строк ее узнаю тайну.

(Подходит к телу и, разжав руку Федры, вынимает складень. Пока он

распечатывает его и читает - )

Хор

О, горе, о, горе...

То новый удар

Нам демон готовит... Увы...

Жизнь цену для меня теряет... Это будет,

Я чувствую, удар смертельный. Пусть же

И на меня он падает:

В обломках на земле

870 Моих царей лежит былое счастье...

Тесей

О, ужас!.. Омерзение и ужас!..

Корифей

Но что? скажи... Коли я смею знать!

Тесей

О, к небу вопиют,

О, к небу те немые вопиют

Об ужасе неслыханном слова.

880 Куда уйти? Нет... Это слишком... Эти

В какой-то адский хор смешались строки.

Корифей

Увы! Увы!

О, новых бед ужасное начало!

Тесей

О нет, мои уста

Таить не смеют этой язвы страшной,

Уродства этого, что и назвать мерзит...

Пусть полумертвого добьют они. Но знай...

Но знай, земля отцов,

Сын, Ипполит, на ложе посягнул

Отцовское, не устыдился Зевса

Очей. О Посидон, о мой отец!

Три за тобой желания, и вот

Желанье первое: пускай мой сын

Не доживет до этой ночи, если

890 Твоим должны мы верить обещаньям.

Из хора вырывается крик ужаса.

Корифей

Ради богов! Возьми назад слова...

Раскаешься ты, царь, в своем желанье.

Тесей

Нет, никогда. И из страны его

Я изгоню. Готовы оба кубка

С отравою. Пусть жалобу мою

Пучины царь услышит и сегодня ж

Его сошлет в Аид, иль, осужден,

До вечера, как нищий, он скитанья

Свои начнет велением моим...

Корифей

Смотри: твой сын; он вовремя, владыка.

900 Безумный гнев покинь и осени

Свой дом иным и набожным желаньем.

ЯВЛЕНИЕ ТРИНАДЦАТОЕ

Те же и Ипполит в сопровождении небольшой свиты (справа).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы
Маршал
Маршал

Роман Канты Ибрагимова «Маршал» – это эпическое произведение, развертывающееся во времени с 1944 года до практически наших дней. За этот период произошли депортация чеченцев в Среднюю Азию, их возвращение на родину после смерти Сталина, распад Советского Союза и две чеченских войны. Автор смело и мастерски показывает, как эти события отразились в жизни его одноклассника Тоты Болотаева, главного героя книги. Отдельной линией выступает повествование о танце лезгинка, которому Тота дает название «Маршал» и который он исполняет, несмотря на все невзгоды и испытания судьбы. Помимо того, что Канта Ибрагимов является автором девяти романов и лауреатом Государственной премии РФ в области литературы и искусства, он – доктор экономических наук, профессор, автор многих научных трудов, среди которых титаническая работа «Академик Петр Захаров» о выдающемся русском художнике-портретисте XIX в.

Канта Хамзатович Ибрагимов , Михаил Алексеевич Ланцов , Николай Викторович Игнатков , Канта Ибрагимов

Поэзия / Историческая проза / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Историческая литература