Читаем Иосиф Сталин полностью

Кроме того, кавказский вопрос был напрямую связан с международным нефтяным рынком. Англо-голландская компания "Ройял Датч - Шелл" приобрела перед Первой мировой войной крупные нефтяные активы французских Ротшильдов в России. Хозяевами еще одного большого бакинского актива были Нобели, и они предложили Генри Детердингу, владельцу "Шелла", купить их нефтяные промыслы в Азербайджане. Тот был убежден, что советское правительство рухнет через шесть месяцев, однако для страховки запросил у Форин-офис политической поддержки. Английский МИД отказал, там понимали, что в 1920 г. большевики уже пережили самое трудное время.

Войдя в Баку, советские администраторы сразу национализировали нефтяную промышленность. Тот, кто приобретал активы Нобелей, страшно рисковал. Но желающие рискнуть нашлись - в июне 1920 г. американская "Стандарт Ойл оф Нью-Джерси" купила по очень низкой цене (6,5 млн. долларов) половину нобелевской нефти в России. Американцы руководствовались простым стремлением: не уступить конкурентам из "Шелл". К тому же уже началась "бензиновая эра": спрос на нефть в Америке вырос на 90 процентов с 1911 по 1918 год, число автомобилей между 1914 и 1920 годами выросло с 1,8 до 9,2 млн. машин.

Но "Джерси" купила воздух. В это время нарком внешней торговли Красин вел переговоры с английским премьером Ллойд Джорджем о восстановлении экономических отношений. Без иностранных инвестиций и технической помощи Россия не могла развивать свою промышленность, в том числе - нефтедобывающую. В ноябре 1920 г. Совнарком предложил Западу продажу концессий иностранным инвесторам.

Поэтому Москва одной рукой воевала с Англией в Персии, а вторую протягивала Лондону. И это сработало.

20 сентября 1920 г. на пленуме ЦК РКП(б) было решено не устанавливать в Персии советское правительство, а наоборот, вывести войска, оставив за собой только порт Энзели, и заключить дружественный договор с шахом.

Такова была обстановка на Кавказе, когда Сталин выехал в длительную командировку. Ее продолжительность можно объяснить только стратегической важности вопросами, которые безотлагательно требовалось решить.

Кавказ был геополитическим мостом к Средней Азии и Ближнему Востоку. После ликвидации Врангеля и занятия Крымского полуострова задача закрепления российских позиций на Кавказе выдвинулась на первый план.

Маршрут движения Сталина: Ростов, Владикавказ, Баку, Дагестан.

Политическая задача поездки понятна и выражена в его выступлениях перед местным активом. Кроме того, он объявил об автономии Дагестана, что должно было успокоить сложную обстановку в крае, где не прекращались восстания чеченцев.

Но была еще одна задача: провести рекогносцировку перед грядущим присоединением Грузии, где правили враждебно настроенные к Москве меньшевики, старые недруги Сталина.

В сентябре 1920 г. в Грузию приезжала делегация II Интернационала, который большевики считали соглашательским и предательским. В приезде западноевропейских социалистов Москва наверняка усматривала геополитические претензии Запада.

Вопрос, который стоял перед Политбюро: "Каковы шансы Антанты и каковы шансы революции на Кавказе? " - Именно так сказал Сталин в беседе с корреспондентом "Правды", когда вернулся в Москву.

В этой беседе много интересного. Во-первых, точная геополитическая оценка региона, что свидетельствует о полном понимании Сталиным вовсе не революционных, а стратегических задач, стоявших перед страной.

Во-вторых, анализировалось положение всех кавказских стран.

Вот что говорилось о Грузии: