Читаем Иные миры, иные времена полностью

Когда они почти подошли к деревушке, из-за поворота показалась фигура нищего оборванца, еле переставлявшего ноги по дорожной пыли.

— Хэлло, Немой Джо! — бодро окликнул его паренек.

Незнаконец в ответ лишь пробурчал что-то нечленораздельное и продолжал идти. Он был высоким и худым, с небритым подбородком, в мокасинах и потрепанной кожаной рубахе. Проходя мимо Дэвидсона, нищий остановился и посмотрел ему в лицо колючими хитрыми глазками. Улыбнувшись, он обнаружил два ряда желтых зубов:

— Не найдется ли медяка для бедного человека, приятель? — спросил Джо глухим бесцветным голосом.

Дэвидсон пошарил в своих карманах и выудил маленькую монетку. Мальчик посмотрел на него с явным неодобрением, но все же передал деньги нищему.

— Всего вам наилучшего, мистер, — поблагодарил оборванец и вновь заковылял по дороге. Пройдя несколько шагов, он остановился и, повернувшись, сказал:-Жаль, что вы опоздали к костру, мистер. Зрелище было потрясающее.

Городок по существу состоял из маленьких двухэтажных хижин, разбросанных вокруг центральной площади.

В центре ее возвышался крепкий стальной столб, у основания которого, к своему великому ужасу и отвращению, Дэвидсон увидел черную, еще дымящуюся массу.

Вздрогнув, он отвел взгляд в сторону.

— Что с вами, мистер? — с ноткой презрения в голосе спросил мадачик. — Разве на Дариаке III не сжигают на костре ведьм и колдунов?

— Не слишком часто, — ответил Дэвидсон. Он вдруг обнаружил, что пальцы рук у него дрожат, и поспешил спрятать их в карманы.

Он подумал о Кечни, который сейчас в полном комфорте и спокойствии находится на Земле. Сам же он обречен на пятилетнее пребывание в средневековом диком кошмаре, имя которому — Мондарран IV. Похоже на тюремный cрок.

Нет, пожалуй, еще хуже. В тюрьме не надо ни о чем думать, там никаких забот. Отработал день в каменоломнях и получаешь миску похлебки и возможность спать ночью.

Здесь все по-другому. Дэвидсон едва подавил готовое слететь с его губ проклятие. Постоянно нужно быть начеку, подавлять в себе импульсы, позывы использовать свои телекинетические силы — иначе жизнь его бесславно окончится у того самого железного столба, который ему довелось увидеть пару минут назад.

Он усмехнулся. КЕЧНИ ЗНАЕТ СВОЕ ДЕЛО, — невольно восхитился про себя Дэвидсон. — ЕСЛИ Я выЖиВУ ЗДЕСЬ, то СМОГУ выжить в ЛЮБОМ МeСТe ПРИ ЛЮБЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ.

Расправив плечи, с улыбкой на губах, он твердым шагом направился к центру городка.

Навстречу ему шагнул добродушно улыбающийся высокий мужчина с лицом, загорелым до черноты.

— Хэлло, незнакомец. Моя фамилия Дoмарк. Я — мэр этого города. Кажется, вы здесь новичок?

Дэвидсон утвердительно кивнул.

— Я только что с Дариака Ш. Хочу здесь попытать счастья.

— Дoбрo пожаловать, дружище, — голоc Домарка звучал очень приятно. — Жаль, что вы опоздали на наше маленькое утреннее шоу.

— Да, — в cамом Деле, жаль, — выдавил из себя Дэвидсон. — А что, у вас тут много хлопот с ведьмами и колдунами?

Лицо Домарка помрачнело: — Да, всякое бывает. Случается, кто-то выкидывает разные там штучки. Но мы таких быстро отправляем к их праотцам на небо. Разная нечисть нам тут не нужна, приятель.

— Вас можно понять…

— Вог недавно один парень с Леи аргона VII рабогал у нас пчеловодом. Парень хороший во всех отношениях — молодой, с головой на плечах. Все поглядывал на мою дочь. Нам всем oн нравился. Никто не мог про него подумать, что он… хмм… неправильный человек.

— Колдун?

— Ну да, конечно. Целый улей пчел накинулся на него и принялся жалить. А он — что ты думаешь? Так весело посмотрел на них, и тут из пальцев его рук появился самый настоящий огонь! — Домарк тряхнул головой, увлеченный воспрминаниями. — Всех пчел сжег дотла… Даже не сопротивлялся, когда мы его вздернули на суку.

— Вздернули? Почему не сожгли?

— Этих ребят, имеющих дело с огнем, бесполезно жечь. Мы их сразу же вешаем.

ОДИН ИЗ ЛЮДЕЙ КЕЧНИ, ВОЗМОЖНО, — подумал Дэвидсон. — ПИРОТИК, ТРЕНИРОВАВШИЙ ЗДЕСЬ СВОИ СИЛЫ. ДОЛГО НЕ ПРОДЕРЖАЛСЯ.

Секунду он жевал свою нижнюю губу:

— Где здесь можно остановиться? Снять комнату или что-нибудь в этом роде?

Комната нашлась в доме семьи Райахарт, на маленькой ферме в десяти минутах ходьбы от центра деревни, где было вывешено объявление о найме рабочей силы на летний сезон.

Он вселился к Райнхартам в тот же вечер, распаковал свой объемистый чемодан и повесил скромные пожитки в шкафу. Затем спустился вниз к хозяевам.

Семья состояла из пятя человек. Сам Райняарт был лысеющны мужчиной пятидесяти шш около того лет, с добродушным лицом, вскрытым густым загаром, который приобретается в течение длительных лег работы под открытым небом. Его жена, женщина внушительных размеров, носила старомодный передник. Она имела сочный мужской баритон и излучала простоту и гостенрнимство деревенского дома. Это был образец семьи, какого давно уже не существовало на столь искушенной планете, как Земля. У них было трое детей. Джани — длинноногая, строй кая девица лет семнадцати; Бо — хмурый, мускулистый восемнадцатилетний юноша; и Бастер — коротышка одиннадцати лет от роду. Счастливое семейство, подумал Дэвидсон.