Читаем Иные миры, иные времена полностью

— Нет. Входить на корабль могут только техники, имеющие специальное разрешение — исключая случаи, когда дело идет о жизни и смерти. Один из обслуживающего персонала, некто Картер, получил распоряжение, куда поместить драгоценности. За ним наблюдала полиция, пока он поднимался по канату и входил в дюк. — Грегг показал маленькую дверцу возле антенны. — Затем он вышел, закрыл люк и спустился вниз. Его немедленно обыскали — в порядке предосторожности и удостоверились, что драгоценностей при нем нет. Впрочем, не было оснований его подозревать, это честный работник. Хотя надо заметить, что после этого он, исчез… «Джейн» стартовала через несколько минут, за ней, наблюдали до момента окончания работы двигателей, после чего она перешла на полет по инерции. Никто после того ее не видел, до… до ее прибытия сюда — без драгоценностей.

— И в точности по расчетной орбите, — добавил Ямагуяа. — Если бы кто-либо и сумел попасть на нее — это сбило бы ее с курсами мы бы обязательно заметили. «Джейн» получила бы добавочный импульс от другого корабля.

— Понятно. — За смотровым стеклом шлема клюв Сиалоха описал кривую, острие которой было направлено к небу. — Скажите, Грегг, драгоценности были в чемоданчике, когда его привезли?…

— То есть на станцию «Земля»? Без всякого сомнения. Драгоценности доставили четыре инспектора полиции ООН, их начальник уверяет, что они вне всякого подозрения. Когда о краже стало известно, они сами настояли на обыске в своих квартирах. Кроме того, они добровольно подверглись испытанию на детекторе лжи.

— А ваши агенты на Фобосе?

— То же самое, — мрачно сказал инспектор. — Я наложил эмбарго. Никто, кроме меня, не может покинуть колонию — с момента обнаружения кражи. Я осмотрел все помещения, туннели, каждый склад. — Грегг попытался почесать затылок. Сложная задача для того, кто одет в скафандр. — Я не могу слишком долго поддерживать эмбарго. Корабли прибывают, грузы скапливаются.:.

— Хнашла. Наше время, следовательно, ограничено. — Сиалох покачал головой. — Вам ясно, что здесь мы имеем увлекательный вариант древней проблемы запертой комнаты. Корабль-робот в полете — это замкнутое пространство в классическом смысле этой загадки.

Он погрузился в размышления.

Грегг рассматривал пустынный горизонт и мертвые камни. Забавно, какие шутки вытворяет зрение в безвоздушной среде. Вон там — человек переходит поле; в блеске солнца и прожекторов он кажется пунктиром из света и тени… Какого черта он там делает? Он что, зашнуровывает ботинки? Нет, нормально идет…

— Я бы хотел, конечно, подвергнуть исследованию на детекторе лжи всех обитателей Фобоса, — проворчал Грегг, — но закон не допускает этого без согласия подозреваемого, а согласились, конечно, только мои люди.

— Это правильно, дорогой друг, — заметил Сиалох, — каждый должен иметь право на свободу мыслей. Кроме того, этот метод слишком упростил бы все расследования.

— А мне плевать, упростятся они или нет, — взревел Грегг. — Все, чего я хочу-это вернуть чемоданчик с драгоценностями!

— Спокойней, дорогой друг. Нетерпение погубило немало полицейских с будущим, и я вспоминаю, что мой духовный предшественник на Земле уже делал подобный упрек одному из людей Скотланд-Ярда, который… тм… мог бы быть вашим духовным предком, Грег. Нужно подойти к проблеме с другой стороны. Есть ли на Фобосе люди, которые могли знать, что драгоценности находятся на борту этого корабля?

— Да. Двое. Но они не болтали, это точно.

— Кто они?

— Техники, Холлидей и Штейнман. Они были в штате станции «Земля», когда «Джейн» грузилась. Они ушли оттуда немного позже — примерно в одно время, — и прибыли сюда регулярным пассажирским рейсом. Они поступили на работу. Будьте уверены, их жилье прочесали насквозь!

— Наверное, — пробурчал Сиалох, — было бы неплохо проинтервьюировать этих двух господ?

Штейнман, маленький рыжий человечек, прикрывался бахвальством, как броней. Холлидею, похоже, просто все надоело. Это не было доказательством виновности: у всех с некоторых пор нервы, казалось, оголились.

Они расположились в полицейском управлении; Грегг сидел за столом, Сиалох прислонился к стене, куря и наблюдая за вновь прибывшими непроницаемыми желтыми глазами.

— Боже мой, сколько можно повторять одно и то же! — Штейнман сжал кулаки и бросил на марсианина испепеляющий взгляд. — Я не знаю, кто их взял! Каждый человек имеет право сменить место работы!

— Я прошу вас, — мягко сказал сыщик. — Ваша помощь может ускорить расследование. Знаете ли вы человека, доставившего чемоданчик на борт корабля?

— Разумеется. Джона Картера все знают. На космических станциях вообще все знают друг друга. — Штейнман стиснул зубы. — Именно по этой причине мы не хотим иметь дело с вашим детектором. Мы не хотим, чтобы ребята, которых мы видим по пятьдесят раз в день, знали, что мы о них думаем. От этого можно с ума сойти!

— Я никогда не выдвигал такого требования, — заметил Сиалох.

— Картер был моим другом, — заявил Холлидей.