Читаем Invisible Lines полностью

И на этом все закончилось, или, по крайней мере, могло бы закончиться, если бы в мире было только две страны. Как убедились конкистадоры, если по договору они могли претендовать на большую часть американских земель, это не означало, что жители этих мест согласятся. Со временем появились новые морские державы - Англия, Голландская республика и Франция, которые не считали нужным соблюдать договоры, относящиеся только к двум странам. Это нашло свое отражение в использовании ими писем с марками, разрешающих каперам (фактически пиратам с документами) нападать на испанские и португальские корабли и обворовывать их. Не менее важным, чем эти физические нападения, была публикация трактата голландского юриста Гуго Гроция "Свобода моря" (Mare Liberum, 1609), который популяризировал принцип "свободы морей", предшественника "свободы открытого моря" Конвенции ООН по морскому праву (действует с 1994 года) и основы современного международного права.* Обращаясь с этим трудом к "Правителям и свободным и независимым народам христианства", Гроций бросил прямой вызов авторитету папства в определении суверенитета и добился того, что монополия Испании и Португалии на главные водные пути мира отныне станет предметом международных споров и озабоченности.По всем этим причинам два меридиана, которые были проведены для разделения Земли на две части, быстроустарели; будущие договоры, особенно в Южной Америке, будут вносить поправки в конкретные границы, а не изменять две всеобъемлющие линии, которые стало невозможно контролировать.

Однако нельзя сказать, что Тордесильясский и последующий Сарагосский договоры не имели долгосрочных последствий. Испания стала феноменально богатой благодаря драгоценным металлам, которые она получала через свои колонии, что позволило ей вести войны на нескольких континентах и поставить на колени некогда могущественные цивилизации - майя и инков. Относительно Португалия была менее заинтересована в захвате новых территорий, чем Испания, и предпочитала использовать свои конкурентные преимущества в прибыльной и эффективной морской торговле, контролируя многочисленные порты в Индийском океане, от острова Мозамбик до Малакки в современной Малайзии и от Бахрейна до Макао.* Пока голландцы не стали грозным конкурентом в Азии в XVII веке, Португалия фактически могла наслаждаться эксклюзивностью богатств этого обширного региона в течение доброй сотни лет. А в прошлом веке Чили и Аргентина ссылались на Тордесильясский договор для защиты своих земельных претензий в Антарктиде и на Фолклендских (Мальвинских) островах, соответственно. Последствия Договора сегодня не всегда очевидны, но их существование нельзя отрицать.

Наконец, что же касается Папы? Подписавшие Тордесильясский договор стороны обязывались лишь просить его о признании их соглашения, которое было заключено без его присутствия и участия. Лишь в 1506 году папа Юлий II официально утвердил возникшую границу папской буллой Ea quae pro bono pacis.†времени авторитет папства в определении границ стран продолжал уменьшаться, особенно по мере того, как все большееколичество стран под влиянием Реформации искало новые источники руководства и лидерства. В последующие столетия идею разделения мира на две части в интересах всего лишь нескольких государств становилось все труднее обосновать с политической, юридической и философской точек зрения. И все же, несмотря на многочисленные и разнообразные земельные претензии, которые мы можем выявить по всему миру, есть одно место, которое активно отвергается странами, которые могли бы занять его без особых проблем. Как сложилась эта уникальная ситуация?

*Хотя технически эта точка не является южной оконечностью Африки, ее последующее переименование королем Иоанном II в Кабо-да-Боа-Эсперанса или "Мыс Доброй Надежды" отражает, насколько решительно португальцы стремились поощрить амбициозных исследователей к дальнейшим путешествиям.

*Технически - Кастилия, но де-факто - Арагон.