Читаем Инвариант полностью

М-да, приз за бестактность сегодня твой Инга Владимировна. Надо же было тебе влезть со своим, совсем не аристократичным, видением семьи. Надо же забыть, что здесь по- другому все, а со своим уставом, как известно, в чужой монастырь не ходят, и не ездят. И, блин, не переносятся. Ты сама сейчас на положении той самой любовницы, скрасить, так сказать, последние часы. Которых Яну осталось не так уж и много.

Я подошла к зеркалу и стала поправлять растрепавшиеся от объятий с Яном, волосы. Вынула заколки и стала укладывать прическу заново. Руки дрожали, капризные пряди никак не хотели укладываться на свои места.

Было тошно, надо было спустится вниз и начать готовить ужин, но я тянула время. Садиться за один стол с Яном после ссоры не хотелось. Да и вообще есть.

Я взяла в руки вязание, лежащее тут же, на комоде, покрутила, отложила в сторону. Бесцельно поперекладывала заколки.

Почему он рассердился я, в общем-то, понимала, рассуждения о будущем когда у тебя это будущее под вопросом, конечно, вызовут раздражение. Или злость. К тому же Ян находится в подвешенном состоянии: как это, жить зная, что ты умрешь «скоро», а когда наступит это «скоро» неясно. Безусловно это сильно выбивает из колеи. И он достаточно долго держался и не показывал мне свои отчаяние и страх.

Я снова стала укладывать волосы в прическу.

Дверь скрипнула и открылась. Вернувшийся Ян оперся рукой о косяк.

— Наверняка ты себе придумала, вечность знает, что, — он подошел, забрал у меня расческу и положил ее на столик, — я по твоему лицу вижу. Инь, я бы заключил с тобой брак, но…

— Избавь меня от этих объяснений, ради бога, — не удержалась я, — «я бы на тебе женился, но я не могу, потому, что у меня обязанности перед семьей и я аристократ, а ты вообще непонятно кто и что», и что-нибудь еще в этом роде.

Я в сердцах бросила одну из шпилек на стол.

Ян с укоризной уставился на меня

— Вот уж не ожидал от тебя таких неразумных слов, — вдруг заулыбался он, а потом очень серьезно пояснил, — Инь, я ведь уже мертв, понимаешь? Поэтому я не могу заключить брак с тобой. Юридически меня уже нет. Вот такие дурацкие у нас традиции. Меня успокаивает только то, что о тебе я позаботился. А Вастаб, хоть и вредный по твоему мнению, но защищать твои интересы будет, даже не сомневайся.

На этом мои нервы не выдержали, я уткнулась ему в плечо и отчаянно заревела.

— Ну вот, нате, — он подхватил меня на руки и унес на кровать и видимо, чтобы смягчить ситуацию, неуклюже пошутил, — так за меня замуж хотела, да?

— Нет, — буркнула я, — вообще не хочу замуж, вы, мужчины, странные какие-то. И любовниц я терпеть не буду, никак и никогда. Даже ради моего блага.

— Ох, вы женщины не менее странные, — фыркнул Ян и внезапно продолжил, — Инь, я тебя очень люблю.

Что интересно ответила я прежде чем осознала, что отвечаю.

— Я тебя тоже люблю, Ян.

Он с чувством вздохнул и сильно прижал меня к себе.

Через некоторое время мы лежали в кровати и переговаривались.

— Ян, а если в такой ситуации, ну, как у тебя с твои горгом, дети рождаются? Их считают бастардами?

— Кем — кем? — Ян лениво приоткрыл один глаз.

— Незаконнорожденными. Ну, раз вступать в брак ты не имеешь права уже.

— Бывает и такое, но редко, чаще клан признает детей. И берет их вместе с матерью под опеку.

— Не хотела бы я оказаться под опекой горгов.

— Чем мы тебе не угодили? — он потерся губами о мою щеку.

— Суровые все, — я завозилась устраиваясь поудобнее, — да и чужаков наверняка недолюбливаете. Вон Вастаб как на меня ворчит все время.

— Погоди- ка, уж не хочешь ли ты сказать, что ты…что мы, — Ян взволнованно приподнялся на локте.

— Чего?! — я от удивления выпучила на него глаза, не сразу поняв причину его волнения.

— Ну, что беременная мы, то есть ты. Было бы прекрасно, — заявил наглый горг, заваливаясь обратно на подушки.

Надо же, «беременная мы».

— Вообще- то мы в горы собирались, — напомнила я.

— По такому случаю горы можно отменить.

— Так, Ярран Рош Экита, «по такому случаю» никакой любви во избежание «нашей» беременности! — рассержено заявила я в ответ на его подначки.

— Ой, — притворно расстроился Ян, — Инь, ну я больше не буду. Честное слово.

Он потянул меня к себе поближе.

— Ты все твердо решила, да?

— По горам беременной ходить неудобно, — попробовала отшутиться я и осеклась, Ян смотрел на меня очень серьезно, — Ян, если я вернусь домой, ведь там только люди. Нет других рас. Совсем. Мне придется скрывать кто мой ребенок. А это значит обрекать его на неполноценную жизнь.

— Почему скрывать?