«Конгломерат» для реализации этой затеи подходил идеально, а наладив связь с командирами большого количества подразделений, получил неограниченный доступ к «материалу». Благовидный предлог, как то: раздача наборов для лечения раненых, внедрение телемедицины, завоз на передовую персонала и лекарств, стал поводом для контактов. Не всех командиров можно было легко подкупить, но находились негодяи, не просто закрывавшие глаза на происходящее, но и охотно подписывающие «донорские» документы. В некоторых бригадах появились полевые крематории, представляющие собой большегрузные автомобили немецкого производства с трупосжигательной печью в прицепе. Нелегальная кремация заметала следы как для режима, так и для «Конгломерата»…

<p>Глава 9</p><p>Обратная сторона измены</p>

Мариуполь пылал, превращаясь в руины. Из четырехсот пятидесяти тысяч жителей в прибрежном городе едва осталась четверть населения.

Часть бежала в Запорожье по эвакуационным коридорам, большинство уехало в населенные пункты, находящиеся под российским контролем, включая Бердянск, города Донбасса и Крым. И речь здесь скорее шла о прагматизме, а не о симпатиях или предпочтениях. Люди спасались от городских боев, бомбежек и обстрелов.

Им было не до геополитики. Они не хотели оставаться заложниками в осажденном городе, который полк «Азов», украинские морпехи, подразделения 56-й мотопехотной бригады и 12-й бригады оперативного назначения Нацгвардии Украины превратили в укрепрайон, не спросив согласия у граждан, но опираясь на подписанный «законным президентом» Незалежной «закон о тотальном сопротивлении».

Проклятый закон, записавший всех на Украине в ряды «бандеровцев» и мобилизовавший в ополчение каждого жителя задним числом, перечеркнувший общую историю и воздвигший новый пантеон героев. Эти поголовно навязанные идолы прославились тем, что боролись за «княжение» и гетманскую булаву с Москвой. Неважно, в чьих интересах и под чьими знаменами – главное, против «проклятой Московии»…

Когда ты на протяжении десятилетий дразнишь более сильного соседа, провоцируя его на ответные действия за вербальное унижение и фактическую подготовку к броску на Донбасс, нацеливаясь на разрушение России изнутри и даже формируя для этого сепаратистские батальоны, жди «обратки»! А если ты, как водится, делаешь все это еще и под кураторством кровожадных внешних опекунов, то жди неминуемой беды.

И катастрофа пришла сообразно логике, но почему-то вопреки ожиданиям недальновидных пассионариев из националистического бандеровского меньшинства, захватившего власть.

Каток стирал Мариуполь с лица земли, не щадя никого! Но! Как ни парадоксально – штурм шел с предельной аккуратностью. Жизни мирных сохранялись в том числе жизнями «черного берета» из 810-й бригады, «крапового берета» из 141-го специального моторизированного полка «Ахмат», военнослужащего Донецкого армейского корпуса и других соединений. И пусть это не покажется оправданием. Черноморский флот терял в этих боях не только рядовых бойцов, но и высших командиров, включая комбрига севастопольских морпехов, который не прятался за спинами подчиненных.

Филигранность во время артобстрела по городскому зданию, где засел враг, не может быть обеспечена ни одной орудийной буссолью для определения магнитного азимута и дирекционных углов. Сброшенная тяжелая бомба даже с универсальным модулем планирования и коррекции всегда имеет круговое вероятное отклонение. Невинные жертвы – трагедия любой войны. Россия оплакивает их вместе с украинским народом, ибо считает его своим.

Но вернемся к нашим протагонистам и антагонистам. Не позволим читателю упрекнуть автора в излишнем морализаторстве и кондовой пропаганде. После следующего абзаца вернемся к экшену, диалогам и черному, но с проблесками, нуару, в рамках которого все проистекает.

…Фабула моего романа полна трансформаций и перерождений и насыщена полутонами. Геройский поступок не всегда сопряжен с идеологическим стержнем человека, а вот предательство зачастую продиктовано внутренней логикой самого изменника. Его цель не всегда монетизирована. Замысел перейти на другую сторону не всякий раз зарождается тщедушием, он способен родиться и на фундаменте заурядной обиды. Хотя, конечно, с помощью подкупа легко индуцируется смена нравственных приоритетов. Но это уже цинизм. В общем, идем дальше по пересекающимся сюжетным линиям, не будем отвлекаться на софистику и мировоззренческие толкования, ведь однозначно – с выполнившего преступный приказ ответственность не снимается. Совесть и общепринятая мораль, а не ее западный суррогат, есть высший критерий оценки аномий, эгоизма и альтруизма.

…Продолжаем. Украинские морпехи большими группами, а иногда тонкими ручейками из «пятерок», бросая технику и противотанковые 100-мм пушки «Рапиры», отходили на юг.