Читаем Инстинкты страждущих сердец полностью

Внезапно в дверь кабинета ввалились двое молодых людей, и все внимание моментально переключилось на них. Один из парней выглядел достаточно неприметно, а вот второй как раз таки наоборот. Светлые волосы, голубые глаза, врезающаяся в память мимика. Как тут не обратишь внимание. Взгляд его, так к себе и манил, хотя делал он это не специально. По нему было видно, что он вовсе не самовлюблен. Просто такая манера поведения, не предусматривающая мнения окружающих. Парень слегка закопошился и никто не понял, что у него случилось. То ли у него выпал из рук блокнот, то ли потекла ручка, так или иначе он не придал этому значения и начал очаровательно улыбаться. От симпатичного репортера исходило бесконечное обаяние, и нельзя было не отметить, насколько он был харизматичен. Безусловно, он был высок и, судя по ширине плеч, в меру подкачен. Стиль его одежды был самым обыкновенным. Джинсы, ботинки, фактурная клетчатая рубашка. В общем, ничего особенного, кроме его самого.

Мэделин повернулась вместе со всеми и совершенно неожиданно для себя увидела, стоящего в дверях, Доната. Ее реакция оставляла желать лучшего, но она ее старательно сдерживала.

─ А вот и наши запоздалые репортеры, ─ вымолвил Спотч. ─ Донат, нам давно пора уже приступать. Это Мэделин. И она в числе специалистов. Полагаю, вам следует быть знакомыми.

─ Вот только мы с ней уже знакомы, ─ обмолвился Донат.

─ Привет, ─ маякнула рукой Апола.

─ И почему же, я узнаю об этом только сейчас? ─ слегка удивился Спотч.

─ Мы познакомились с ней вчера, ─ сказал в ответ Донат.

─Да, ─ брякнула Мэделин. ─ Как видите, мы не многое друг о друге узнали.

─ Предлагаю начать с папирусов, ─ распорядился Спотч. ─ Саркофаг с мумией должны перенести в специальную лабораторию. Но кое-какая информация доступна уже сейчас, поэтому ты Донат можешь сделать некоторые заметки. Когда закончишь, присоединяйся к нам.

В то время как Донат переговаривал с египтологами, Мэделин ждала, когда мистер Спотч развернет папирус, который ранее вынул из продолговатой трубчатой емкости. Прикладывая папирус к столу, они вместе пытались его разровнять, а когда, наконец, это сделали, то принялись расшифровывать иероглифы.

─ В целом он сохранился не плохо, ─ сказал мистер Спотч, ─ но чтобы полностью его восстановить, потребуется немало времени. Придется хорошо постараться.

─ Некоторые символы наполовину стерты, ─ отметила Мэделин. ─ Определить их значение будет, пожалуй, не просто.

─ В чем нет ничего удивительного.

В череде распознаний множества едва видневшихся символов выяснилось, что Псусеннес и Аменемнису были родными братьями. На выявление этой информации ушло чуть более четверти часа, но не успело узнаться следующее, как в практическую работу вмешался профессор Гаулктон.

─ Для вас имеется более важное дело, ─ обратился он к Спотчу. ─ Полагаю, мисс Вейлр прекрасно управится и одна.

─ Мэделин, продолжай без меня, ─ вымолвил Спотч, перед тем как направиться к выходу.

─ Ладно, ─ ответила Мэделин.

Теперь ей стало намного сложнее, и любой наблюдавший со стороны мог бы это заметить. Наткнувшись на один практически стертый символ, она в буквальном смысле на нем застряла. Напряженная мимика выдавала ее с потрохами.

─ Никогда еще в жизни мне не было столь уныло, ─ облокотившись на стол, пожаловалась Аполония. ─ Неужели ты впрямь мечтала об этом с детства?!

─ Ты мешаешь мне сосредоточиться, ─ сказала ей Мэделин.

Апола закатила глаза и, достав телефон, погрязла в нем с головой. Сначала она просмотрела непрочитанные сообщения, а потом обновила страницы социальных сетей. На данный момент это все что ей оставалось. Мэделин просверливала глазами один единственный иероглиф, черты которого никак не могла распознать. У нее двоилось в глазах и периодичные моргания уже ее не спасали.

─ Похоже, ты нуждаешься в помощи, ─ подкрался к ней Донат.

─ Что ты имеешь в виду!? ─ резво она сказала. ─ Я не берусь за то, с чем не сумела бы справиться в одиночку.

─ Так значит, ты во всем полагаешься лишь на себя?

─ А ты разве нет?

─ Только не в общем деле.

─ Можно подумать ты в состоянии мне помочь.

─ Тот символ, на который ты так долго таращилась. Мне кажется это лотос. А тот, что сразу после него, скорее всего птица. Или даже грифон.

Мэделин еще раз взглянула на свиток и, исполнившись оторопью, признала, что Донат прав.

─ Наверное, это действительно лотос, ─ отрывисто протянула она. ─ Хотя, мы не можем быть уверены на все сто процентов.

─ Неужели ты не видишь, что эти заострения на краю, ни, что иное, как его лепестки, а прерванная продолговатость и есть склонившиеся стебель, ─ заверяющим тоном проговорил Донат. ─ Этот символ, по-моему, вполне понятен.

─ Ты что, знаток иероглифов!?

─ Нет. Но очертания этих изображений отчетливо мне видны.

Последующие полчаса Донат и Мэделин расшифровывали папирус. Процесс продвигался достаточно мирно, но только лишь до тех пор, пока воображение Доната не иссякло.

─ Что с тобой? ─ с дерзновением промолвила Мэделин. ─ Ты внезапно отупел?!