Читаем Инферно полностью

Лэнгдон терпеливо улыбнулся.

– Sì, sono io[39]. Так я могу поговорить с Этторе?

– Sì, sì! – Попросив свою группу минутку подождать, женщина куда-то умчалась.

Лэнгдон и куратор музея Этторе Вио как-то снялись вместе в коротком документальном фильме о базилике и с тех пор поддерживали связь.

– Этторе написал книгу о соборе Святого Марка, – пояснил Лэнгдон Сиенне. – Вернее, даже несколько книг.

Пока Лэнгдон вел их по второму этажу к балкону, откуда можно было полюбоваться на квадригу, Сиенна по-прежнему бросала обеспокоенные взгляды на Ферриса. В восточное окно мощные крупы скульптурных лошадей были хорошо видны на фоне ясного неба. На балконе толпились туристы, наслаждаясь близостью к знаменитой квадриге и потрясающим видом на площадь Святого Марка.

– Вон они! – воскликнула Сиенна и устремилась к двери на балкон.

– Не совсем, – поправил ее Лэнгдон. – Кони на балконе являются копиями. А настоящая квадрига святого Марка для безопасности и сохранности находится в музее.

Лэнгдон провел Сиенну и Ферриса по коридору к хорошо освещенной нише, где точно такие же кони, казалось, рысью мчались из каменных арок им навстречу.

– А вот здесь оригиналы! – показал на них Лэнгдон, не скрывая восхищения.

Каждый раз при взгляде на них он не мог не поражаться, с какой удивительной точностью передана рельефность их мускулатуры. Золотисто-зеленая патина, почти полностью покрывавшая бронзовые скульптуры, лишь подчеркивала красоту и выразительность конского бега, столь талантливо переданного мастером. Глядя на квадригу, которая после стольких злоключений наконец-то обрела надежное и безопасное убежище, Лэнгдон снова подумал о том, как важно сохранять великие произведения искусства.

– А эти хомуты… – Сиенна показала на лошадиные шеи. – Вы говорите, их добавили потом? Чтобы закрыть ими швы?

Лэнгдон успел поделиться с Сиенной и Феррисом информацией об «отделении голов» этой квадриге, которую он в свое время почерпнул на сайте Ассоциации по исследованию преступлений против искусства.

– Судя по всему, именно так, – подтвердил он и направился к висевшей рядом информационной табличке.

– Роберто! – послышался сзади радостный голос. – Я обиделся!

Лэнгдон обернулся и увидел жизнерадостного пожилого человека с седыми волосами в синем костюме и очках на цепочке, пробиравшегося к ним сквозь толпу туристов. – Ты в Венеции и даже не удосужился мне позвонить?!

Лэнгдон улыбнулся и пожал ему руку.

– Я хотел сделать тебе сюрприз, Этторе. Выглядишь ты хорошо. А это мои друзья доктор Брукс и доктор Феррис.

Этторе поздоровался с ними и окинул Лэнгдона оценивающим взглядом.

– Путешествуешь с врачами? Проблемы со здоровьем? А одежда? Решил заделаться итальянцем?

– Ни то ни другое, – заверил Лэнгдон, хмыкнув. – Я приехал кое-что разузнать об этой квадриге.

Этторе был явно заинтригован.

– А разве есть что-то, чего знаменитый профессор еще не знает?

Лэнгдон рассмеялся.

– Мне надо подробнее узнать о том, как этим лошадям отделили головы, чтобы перевезти в Венецию после крестового похода.

Этторе посмотрел на Лэнгдона с таким видом, будто тот задал вопрос о геморрое, который мучил королеву.

– Боже, Роберт, – зашептал он, – мы это не афишируем. Если хочешь посмотреть отрезанные головы, я могу показать тебе знаменитого обезглавленного Франческо Буссоне да Карманьолу или…

– Этторе, мне надо знать, кто из венецианских дожей приказал отпилить лошадям головы.

– Но этого не было! – не сдавался Этторе. – Конечно, я слышал такие легенды, но исторически убедительного подтверждения, что какой-либо дож…

– Этторе, ну а все-таки? Кому из дожей легенда приписывает такую «честь»?

Этторе надел очки и внимательно посмотрел на Лэнгдона.

– Что же, если верить легенде, то наших любимых лошадей велел привезти самый умный и коварный дож Венеции.

– Коварный?

– Да, тот самый, что обманом втянул всех в Четвертый крестовый поход. – Он выжидающе посмотрел на Лэнгдона. – Он взял деньги из казны, чтобы доставить крестоносцев в Египет… а потом убедил их идти на Константинополь, который и захватил.

Похоже на вероломство, подумал Лэнгдон.

– И как его звали?

Этторе нахмурился.

– Роберт, я думал, ты изучал мировую историю.

– Да, но мир большой, а история – штука длинная. Так что мне нужна помощь.

– Ладно, даю последнюю подсказку.

Лэнгдон собирался было запротестовать, но понял, что это бесполезно.

– Этот дож прожил почти сто лет, – сказал Этторе. – В те времена это было настоящим чудом. Суеверные люди приписывали его долголетие тому, что он решился вывезти мощи святой Луции из Константинополя в Венецию. Святая Луция потеряла глаза…

– Он собирал кости незрячей! – воскликнула Сиенна и выразительно посмотрела на Лэнгдона, который как раз собирался сказать то же самое.

Этторе взглянул на Сиенну с удивлением.

– Можно сказать и так.

Феррис вдруг изменился в лице и стал мертвенно-бледным, будто так и не смог прийти в себя после долгой прогулки по площади и подъема по лестнице.