Читаем Индиго полностью

Алекс развернулся, глядя на меня, как на облако кислотного дождя, от которого он не мог спрятаться. Для него, возможно, так и было, что делало мою на него реакцию еще более жалкой. Каждый раз, стоило ему посмотреть на меня, я чувствовала тепло. Будто его глаза – это лучи солнца, ласкающие, целующие и подавляющие мою логику и все здравые мысли. Не поймите меня неправильно, я все еще ненавидела его с той же страстью, которой обычно заслуживают политики, развязавшие мировые войны, но его глубокие янтарные глаза даже не соблазняли. Они манили за собой. Бьюсь об заклад, девчонки не возражали, если это была кухня, ванная комната или даже гараж. И, давайте признаем, даже двор перед домом – и пусть весь мир станет свидетелем.

– Тебе нельзя в туалет одному, особенно перед концертом. Я пойду с тобой, чтобы убедиться, что ты не принимаешь наркотики. Ты знал бы это, если бы прочитал список моих обязанностей. – Я пожала плечами, готовясь к следующему аргументу. Мимо нас проходили звукорежиссеры. Они бросали кабели на пол и нервно кивали Алексу, как строгому директору католической школы.

– А если я хочу по-большому? – Алекс вздернул подбородок, смотря на меня сквозь кончик носа. В его грустных, вездесущих глазах играли задорные огоньки.

Я скрестила руки и повернула бедро.

– Тогда мне нужно напомнить самой себе, как сильно мне нужны деньги, и помолиться, чтобы ты не разделял любовь Элфи к острой еде.

Он усмехнулся, покачал головой и продолжил идти вперед. Я не отставала. Он шел быстро. Может, потому что был ростом с небоскреб. Или ему открылся другой способ испортить мне жизнь. В любом случае мое сбивчивое дыхание вызвало у него улыбку, когда я попыталась догнать его.

– Тебе придется увидеть мой член, – сказал он на полпути спиной ко мне. Я практически бежала.

– Я закрою глаза.

– Это помешает тебе убедиться, что я ничего не принимаю.

– Я видела пенисы и раньше. Твой ничем не отличается.

Я только что сказала «пенисы»? Да. Зачем? Мне не семьдесят. Я не ханжа. Хотя я понимаю, почему он так думал.

– Ошибаешься. Чертовски ошибаешься. Наверное, самая ошибочная фраза, которую ты сказала. Сколько?

– Прости?

Он остановился у двери туалета, которая находилась в нескольких шагах от VIP-площадки. Запах сигарет, пива и хот-догов ударил в ноздри и остался там. А мне стало интересно, каково это – чувствовать аромат алкоголя, но не иметь возможности сделать глоток.

Дерьмо. Может, он чувствует себя как дерьмо. А я только усугубляю положение.

– Сколько членов ты видела за свою жизнь? – Его равнодушный взгляд блуждал по моему телу. – В смысле, тебе сколько? Восемнадцать? Девятнадцать? И ты всегда занята на работе, так что, думаю, где-то от двух до четырех.

– Во-первых, – я подняла большой палец, – мне двадцать один, и я достаточно взрослая, чтобы пить спиртные напитки в любой стране, которая ими торгует, что, конечно, хорошо, потому что, работая с тобой, мне пригодится эта возможность. Во-вторых, – я подняла указательный палец, хоть и нагло врала – я не собиралась пить. Ни сегодня, никогда, – не твое дело, сколько пенисов я видела или со сколькими мужчинами я спала. Даже если мне нравится, когда меня подвешивают за соски к потолку или наоборот кормят с ложечки, пока я обнимаю плюшевого мишку, тебя это не касается. И еще, – я подняла средний палец с милой улыбкой, – очень постараюсь донести это до тебя – твои игры не помогут. Я сохраню эту должность. Привыкай ко мне.

Мы долго смотрели друг на друга, пока Алекс не ударил кулаком в дверь позади меня. Дверь со стуком распахнулась, и мы вошли. Я оперлась о нее спиной, стараясь стоять от него как можно дальше, пока он равнодушно расстегивал джинсы и доставал свой член над сиденьем унитаза. Я еле удерживала взгляд на стене. Звук струи, попавшей в воду, достиг моих ушей, и меня чуть не вырвало.

Слова Нэт стали преследовать меня, как плохая стрижка из восьмидесятых. Иррациональное желание проверить их правдивость захватило меня. И он же не возражал. Согласно слухам, его член видел больше камер, чем Кендалл Дженнер. Медленно, мучительно медленно мой взгляд скользнул вниз по его поджарому телу. Мне просто хотелось узнать, из-за чего столько шума. Что бы я ни думала, реальность оказалась другой. Толстый, длинный, но не отвратительный. С тонкими венами по всей длине.

– Нравится? – он застонал, засунув свой аппарат обратно в трусы. Его профиль был великолепен. Сильная челюсть, пухлые губы, сексуальный взгляд…

Я подняла глаза, когда поняла, что он говорит со мной.

– Я не…

– Смотрела? Смотрела. Сфоткай в следующий раз. На дольше хватит.

Он застегнул ширинку и нажал кнопку смыва кончиком ботинка. Затем повернулся и выдавил мыло на ладонь, почти с остервенением помыл руки – намылив между каждым пальцем и скребя по костяшкам, словно хотел содрать кожу. Закончив, он поискал полотенце.

Я прочистила горло, стараясь прийти в себя.