Читаем Индиго полностью

– Все прекрасно. – Голос сорвался, и я постаралась натянуть улыбку, чтобы и Наташа ее услышала. Моей семье необязательно знать, что надо мной издевается легенда рок-музыки. У них и так забот хватает.

– К тебе хорошо относятся?

– Лучше не бывает, – заверила я. Безбожное вранье. Если вам приходилось слышать о невинной, милой, никого не обижающей лжи, то это она.

– Слышала про Уинслоу? Думаю, это обсуждалось весь полет… – Нэт забросила удочку. Я сморщила нос, изучая мини-бар в другом конце комнаты. Жизнь слишком коротка, чтобы лишать себя возможности попробовать содержимое за счет рок-звезды.

– Не-а. Он не особо разговорчив. Сомневаюсь, что он открыл бы рот, даже если бы его обвинили в том, что он пришелец и прибыл сюда, чтобы высасывать жизнь из монахинь. А что? Что случилось?

– Речь о его хозяйстве. Взломали телефон голливудской звезды – черт, не могу вспомнить ее имя – и, конечно же, у нее в сохраненных фотках член Уинслоу. По-видимому, жеребцам до него далеко. Какие-то пиксельные картинки появились в таблоидах, но, как мне кажется, это могла быть и его рука.

Я усмехнулась, чувствуя, как румянец покрывает щеки. Наташа в своем репертуаре. Прежде чем стать матерью и женой, она была смешной, беспечной чирлидершей, которая не отказывалась посмотреть на картинки первоклассных членов.

– Теперь, когда он свободен и ты тоже, и вам предстоит провести три месяца в совместном путешествии, мне бы хотелось услышать подтверждение этих слухов.

– Не выдумывай, – пробормотала я.

– Почему бы и нет, Инди? Хотя бы подумай об этом. Если ты так любишь кататься на велосипеде, представь, каково это – оседлать знаменитость.

– Ничего похожего.

– Откуда ты знаешь? Ты никогда не была верхом на звезде.

Я ни на ком не ездила и не собираюсь начинать с мистера «Высокомерная рок-звезда». Я не была девственницей. У меня был секс с единственным парнем за год до того… до того, как я потеряла свое либидо. Мужчины занимали последнее место в списке моих желаний.

Я посмотрела на часы над головой. Полшестого. Мне нужно принять душ и спуститься в холл вовремя, чтобы успеть в концертный зал. Каким образом Алексу и всем остальным удавалось найти силы на концерт после долгого перелета? Хотя они же профессионалы, даже если по ним этого не скажешь.

– Мне нужно идти. Передай мальчикам, что я их люблю. И пришли мне фотографии Зигги. Рано или поздно я найду ноутбук. Уже скучаю по нему.

– Он по тебе тоже. Развлекайся и сделай фотки.

– Обязательно.

– Его члена.

– Не собираюсь, – отрезала я.

– Ну, я хотя бы попыталась. Люблю тебя. Удачи.

– И я тебя, мисс Озабоченность. Чао.

Ирония заключалась в том, что возможность увидеть все прелести Алекса Уинслоу представилась мне спустя полтора часа после моего разговора с невесткой.

Мы болтались за кулисами перед началом первого концерта. К моему удивлению, Алекс не просил чего-то сверх меры. Гримерки были просторные и чистые, тарелки с фруктами и бутылки с водой стояли рядами на столах, покрытых белыми скатертями, и все. Никакого алкоголя. Никаких вкусностей. Без джакузи. И даже без стриптизерш, раскачивающихся на железных люстрах. Уинслоу оказался скромным. Он нанимал только тех, с кем дружил с детства, что являлось единственным положительным качеством в его тиранической личности.

Я ходила за ним по пятам в «Сидней-Арене», а он, в свою очередь, играл в игру под названием «Давайте всем скажем, что Инди моя чокнутая фанатка». Каждый раз, когда мы проходили мимо коллег, ассистентов или техников, он смотрел на меня с серьезным выражением лица и говорил:

– Кто-нибудь, вызовите охрану и выведите ее отсюда. Эта пташка следует за мной повсюду, а она даже не в моем вкусе. – Я игнорировала его, зная, что, не ответив, приближаю мини сердечный приступ или развитие язвы.

Не буди Лихо, Инди.

Участники группы находились в своих гримерках, пили газировку и разогревались.

– Почему мне приходится играть с единственной рок-звездой в мире, пытающейся оставаться трезвой? – простонал Элфи из своей комнаты достаточно громко, чтобы мы все услышали.

Блэйк разговаривал по телефону и ходил туда-сюда рядом с нами, а Алекс выглядел так, словно терпеливо дожидался конца света. Он сидел на диванчике, с обидой глядя на гитару: можно подумать, это она была виновата в том, что у него нет свежих, оригинальный мелодий. Вдруг он встал и начал бесцельно бродить по коридору. Группа для разогрева с другой стороны затемненного занавеса репетировала уже четвертую песню, и Алекс морщился каждый раз, когда солист называл толпу «малышами». За исключением этого, его спокойное поведение не изменилось ни капельки. Но тут он свернул направо, в более тесный проход, а я, сохраняя молчание, прошла за ним до уборной.

– И куда это ты собралась? – фыркнул Алекс.