Читаем Империя туч полностью

Все это словно бы специально ожидало ее. Как же не радоваться жизнью, день за днем маркированной новыми чудесами! Слуги в парчовых ливреях "Империала" появляются по первому знаку веера из-под расположенных непрерывно арок гостиницы, по знаку того же веера отступают в тень.

В гостиницу они заехали на двуколке, и сразу же их подхватил водоворот этикета, поклонов, вежливых жестов, приветствий, презентаций. Кийоко поворачивает голову. Кийоко трясет головой. Титулы и фамилии бренчат цветами древнего фарфора.

"Даже и не пытайся стенографировать". "А что я здесь делаю!". "Сопровождаешь". Он смеется, они смеются.

Платье, туфельки, бижутерию (Кийоко подозревает, что самая настоящая), даже макияж – за все это она должна благодарить супругу доктора Ака.

Подав Кийоко правую руку, левой гайкокудзин сильно опирается на трость. Именно так вошли они в ряд зеркал и под люстры.

Никто не обратил на них внимания. Дюжины пар, армии лакеев и официантов, дамы и юные дочери этих дам, бароны, графы и виконты kazoku, мундиры армии и мундиры флота, блеск очков и моноклей, высокие прически, одуряющее цунами духов. Языки: французский, японский, немецкий, английский, голландский, китайский, португальский.

В шепоте вееров, в стуке каблуков, в трелях стекла, в крике шелка.

"Шесть тысяч иен дохода, и им еще этого мало".

"Император вновь поменяет календарь и так сэкономит на ежемесячных зарплатах, ха!".

"У Тейкокуто уже имеется готовое постановление. Словно бы наплевали на могилу Сайго".

"До тех пор, пока "Касуга" и "Ниссин" не доберутся из Италии в Сингапур, войну мы не объявим".

"А был ли приглашен барон Розен?".

"А потом видели, как она после полуночи выходит из дома полковника".

"У министра Курода взорвалась голова".

У министра Курода и вправду взорвалась голова. Захваченный очередным апоплексическим возбуждением, с ним случился инсульт, после которого он так и не выздоровел. Кийоко рисует его, стучащего кулаком по столу, с покрасневшими от кровоизлияний выпученными глазами, во власти последнего ругательства.

"Кто, в таком случае, представит Три Долины Его Величеству? Кто провел через правительственную бюрократию фотографии, документацию, планы?". "Именно это мы и попробуем узнать". На приглашениях оттиснута печать Sūmitsu-in, Тайного Совета Его Величества.

Вместе с доктором О Хо Кий в Токио прибыли директор Исода, захваченный по дороге их Хакодате заместитель адмирала Эномото, капитан Томоэ Рююносуке и четверо нихонских ассистентов ойятои гайкокудзина, ответственных за различные виды продукции Горной Верфи. Ассистентов в "Отель Империал" не пригласили, они проживали на квартирах Кайтакуси в недалеком правительственном квартале Касумигасеки.

Смычковый квартет разгоняет быстрый вальс. Высокий офицер военно-морского флота приглашает Кийоко на танец. Кийоко танцевать не умеет. И извиняется. Доктор О Хо Кий смеется. Не тронутый неудачей офицер приносит Кийоко бокал шампанского. Они разговаривают о внутренних драмах двора и правительства. Премьер Кацуро Таро. Министр иностранных дел Комура Ютаро. Начальник штаба Ояма Ивао. Министр не скрывает изумления знаниями женщины, которой известны имена и сплетни из сфер политики и войны, зато не знает dramatispersonae последнего будуарного скандала. "Я путешествую с ойятои гайкокудзином". "Ах!". Ей не обязательно уметь танцевать, поскольку ее мужчина калека.

Она потом шутит над этим, излагая впоследствии суть разговора доктору О Хо Кий.

"Ясное дело, что они удивляются. Сколько чужестранцев показываются здесь со своими содержанками!". "Если бы у меня имелась репутация, которую можно было бы разрушить!".

Понятное дело, что никто здесь не помнит имени ее отца. В столице никто не рассматривает великие измены и трагедии давностью в несколько десятков лет, из дикой провинции. Испытываешь в боку тот Шип, ибо любишь эту боль.

Появляется капитан Томоэ в сопровождении брюхатого бородача со звездой высокого ранга на груди. Это советник князя Ито Хиробуми.

Они выплывают из шума гостиницы в вонь центральной улицы, в прогулочные тени садов и парка. Сановник и гайкокудзин спереди, Кийоко и капитан Томоэ в четырех шагах за ними. По бокам, во мраке, смазанные, без лиц, без имен – движутся гражданские охранники советника.

Кийоко навевает веером прохладный воздух, вспотевшая от близости такого множества чужих людей, от горячих огней залов "Империала". "Его ожидали?". Полушепотом. "Судьба Неба ни от какого-либо единственного человека не зависит, Кийоко".

Ито Хиробуми в настоящее время не премьер, но он остался наиболее доверенным genrō императора и председателем Тайного Совета. Прежде всего, Ито был тем, кто много лет назад принял Благословенное Предложение, ему знакомы подробности договора. Но сейчас он принадлежит к соглашательской партии, он ездил послом в Санкт-Петербург, желая отдать России Маньчжурию, лишь бы избежать войны.