Читаем Империя Немых полностью

Кенди прижал большой палец к замочной пластинке аптечки, и ее дверцы отскочили в стороны. На полочках лежали несколько одинаковых ампул с жидкостью янтарного цвета. Нижнюю полку занимал пистолет для инъекций. Вставив ампулу в специальный цилиндрический держатель, Кенди поднес пистолет к руке и нажал на кнопку. Раздался глухой звук, замигала красная лампочка, сообщая о том, что ампула пуста. Кенди отложил пистолет в сторону и снял пурпурную тунику. На нем не осталось ничего, кроме сандалий, коричневой набедренной повязки и цепочки на шее с подвешенным на ней золотым диском, который свидетельствовал о том, что Кенди — Дитя Ирфан. В зеркале он увидел стройное, безупречно сложенное тело со смуглой кожей, покрытой светло-каштановыми волосками, свернутыми в тугие спирали. У Кенди был плоский нос, а глаза такие темные, что было трудно различить границу между зрачком и радужной оболочкой.

Кенди взял красное копье, которое по длине доходило ему до колена, и проверил, в порядке ли резиновая насадка на острие. Одним плавным движением он согнул левую ногу, одновременно вложив под нее копье, так что получилась как будто подпорка. В идеале надо было упереться другим концом копья в землю, но на корабле это невозможно. Для того и резиновая насадка. По телу разлилась приятная теплота — начал действовать укол.

Кенди понадобилась минута, чтобы обрести необходимое равновесие. После этого он закрыл глаза, соединил руки в паху и начал делать дыхательные упражнения.

«Во исполнение моих глубочайших чаяний, и глубочайших чаяний всего живого и сущего, да будет дозволено мне войти в мир Мечты».

Пока он проделывал все это, привычные звуки корабля — слабое гудение приборов, неясный шепот воздушных потоков, мерное рокотание отдаленных двигателей — стали удаляться и затихать. Укол продолжал действовать, и перед глазами у Кенди закружился пестрый хоровод. Он глубоко дышал. Кенди представил себе, что стоит посреди глубокой пещеры, а перед ним открывается изогнутый туннель, ведущий наружу. Мало-помалу перед его мысленным взором стали проступать более мелкие подробности. Прохладные капли воды падают со сталактитов и стекают вниз по сталагмитам. Пол холодит голые ноги. От светящихся грибов исходит слабое мерцание, пахнет плесенью. Кенди медленно направился вперед по туннелю. С каждым шагом он все яснее и отчетливее видел место, где находится. Ноги ступали по твердой, прохладной поверхности, от холодного воздуха по коже пробежали мурашки. Камень играл разноцветьем, переливаясь насыщенным красным, бирюзой и пурпуром.

Впереди забрезжил свет. Кенди шел по направлению к этому свету. В следующую минуту его ослепила яркая вспышка, и он сощурился, давая глазам привыкнуть к солнцу. Открыв наконец глаза, Кенди увидел, что стоит у подножия утеса, а перед ним расстилается бескрайняя равнина. Высохшую землю кое-где покрывал низкорослый кустарник. В безоблачном голубом небе ярко светило обжигающее солнце. Раздался резкий крик сокола, парящего в потоках сухого ветра. Кенди видел окружающее во всех подробностях.

Он попал в мир Мечты.

Кенди осмотрелся. Это зрелище никогда не переставало поражать его. Он думал о том, какие чувства испытывала Ирфан Квасад, первая из землян, вступившая в мир Мечты. Тысячу лет назад, еще до того как было открыто смещенное пространство, корабль-колонизатор столкнулся во время одной из экспедиций с представителями инопланетной расы чед-балаар. Они претендовали на ту же самую планету, что и люди. К счастью, чед-балаарцы не стали претендовать на право исключительного владения. Возникло только одно препятствие — чед-балаарцы настаивали, чтобы земляне приняли участие в торжественной церемонии и, в знак дружественных отношений между двумя видами живых существ, выпили особого вина.

Благодаря действию вина, наркотического по своей сути, и гипнотизирующих песнопений чед-балаарцев Ирфан Квасад и некоторые члены ее экипажа оказались в мире Мечты. Потрясенные, люди начали экспериментировать и вскоре выяснили, что наркотик помогает проникнуть в этот общий для всех мир по своему желанию, хотя одним это удается лучше, чем другим. Некоторые из таких одаренных стали «слышать» голоса тех, кто остался на Земле. В конце концов эти земляне тоже проникли в мир Мечты, где могли общаться с чед-балаарцами и со своими собратьями-землянами, находясь от них на расстоянии тысяч световых лет.

В трюмах корабля-колонизатора хранились тысячи эмбрионов, как человеческих, так и разных животных, которые предназначались для колонизации планет и поддержания активного генофонда. С помощью чед-балаарцев земляне проводили различные опыты по генной инженерии, отбирая такие гены, которые давали человеку возможность попадать в мир Мечты. Первые дети, появившиеся в результате этих опытов, научились говорить поздно и впоследствии вообще редко пользовались речью за пределами мира Мечты. Их стали называть Немыми.