Читаем Империя полностью

Мобильный телефон лежал на самом видном месте. Елизавета Михайловна взяла его в руки и слегка повернула на свет. Подслеповато вгляделась в дисплей. Тот же самый номер, что высвечивался на стационарном аппарате полчаса назад. Ваня. Превозмогая себя и свою внутреннюю неуверенность, домработница потянулась указательным пальцем к зелененькой кнопке соединения. Она не успела ответить на звонок. Аппарат смолк так неожиданно, будто почувствовал, что его собираются активировать.

Голощапова уже собиралась задвинуть ящик, но тут ее внимание привлек небольшой желтый конверт, поверх которого до этого лежал мобильный телефон Владимира. Миниатюрная черная трубка плавно опустилась в боковой карман женского вязаного жакета, а освободившаяся рука Елизаветы несмело вытащила конверт из ящика и положила его на стол. Размашистым почерком Кирсанова-старшего на обороте было написано жирным красным фломастером: «ОЛЬГА! ЕСЛИ СЛУЧИТСЯ ЧТО-ТО, ВСКРОЙ ЭТО».

Морщинистые руки домработницы с проступающими под кожей синими жилками вен нервно затряслись и едва не уронили бесценную находку на пол. Ощупав конверт руками, Голощапова пришла к резонному выводу, что внутри находятся только бумаги. Возможно, в них и хранилась разгадка всего произошедшего в ту злополучную ночь. Первым желанием Елизаветы Михайловны было немедленно вскрыть конверт, но она воздержалась от этого безрассудного порыва. Содержимое, каким бы оно ни было, предназначалось не ей. Экономка медленно обошла комнату по периметру, затем решительно покинула ее и спустилась вниз, на первый этаж. Желтый конверт необходимо было перепрятать. Но куда? Вариантов была масса, но из них требовалось выбрать предельно оптимальный. Тайник должен быть таким, чтобы никому из посторонних и в голову не пришло там рыться.

Беглый осмотр квартиры не удовлетворил женщину. И она приняла совсем иное решение. Накинув на плечи темно-синий плащ и сунув под него конверт, Лиза покинула обитель Кирсановых. На лифте спустилась вниз, бережно прижимая локтем бесценную находку. Дыхание Голощаповой участилось, и она, прежде чем выйти в просторный холл жилого комплекса «Алые паруса» под бдительные очи швейцара, старательно взяла себя в руки. Справиться с волнением оказалось непросто, но Лиза сделала это.

Двери зеркальной кабины разъехались в стороны, и пожилая экономка Кирсановых шагнула в пустой холл. Знакомый ей дежурный швейцар находился возле стойки на боевом посту. Лиза, уверенно двинувшаяся к выходу, задержалась возле молодого светловолосого человека всего на мгновение.

— Добрый день, — вежливо обратилась она к швейцару. — Вы здесь, Мишенька, круглосуточно?

Широкоплечий амбал, окрещенный Мишенькой, расплылся в тупой и ничего не обозначающей улыбке. Доброжелательность к проживающей в комплексе женщине была, что называется, налицо. В прямом смысле этого слова.

— Взял несколько чужих смен, — доверительно признался он Голощаповой. — Перед отпуском. Деньги нужны, Елизавета Михайловна.

— Тогда понятно. — Лиза, уже выполнившая свой долг вежливости, продолжила движение по изначальному маршруту. — Я вернусь, подышу только…

Она вышла на свежий пьянящий воздух. Солнышко скрылась за хмурыми тучами, и в пространстве отчетливо запахло грозой. Елизавета Михайловна задрала голову вверх. Проливной дождь готов был разразиться в любую минуту. Напрасно она все-таки не захватила с собой зонтик. Голощапова плотнее запахнула на груди плащ и, быстро переставляя ноги, направилась в сторону гаража.

Верный «фольксваген-жук» дожидался ее на том же месте, где она и оставила его накануне.

Ожидание уже становилось невыносимым. Госпожа Виннер, рискуя потерять всякое терпение, заняла себя тем, что, расположившись за нижним торцом длинного стола для совещаний, постаралась углубиться в изучение бухгалтерских документов, высокая стопка которых располагалась здесь же, на столешнице.

Семирядин же нервно маячил вдоль стены, то и дело бросая нетерпеливые взгляды на сейф, первая дверца которого уже была благополучно открыта, а среднего возраста и телосложения смуглый слесарь в фирменном комбинезоне и защитных очках самоотверженно возился со второй. Вернее, внимание мужчины было сосредоточено на стыке этой самой дверцы и корпуса стальной махины. Мощная «болгарка» беспощадно вгрызалась в стойкий металл, и снопы искр разлетались в разные стороны.

Ангелина зажала уши ладонями, желая защититься от создаваемого в помещении металлического визга. Ухоженные руки женщины вернулись на стол лишь в тот момент, когда этот самый визг резко оборвался.

— Абзац ящику, — Слесарь отступил на шаг назад и опустил руку с выключенным инструментом вдоль тела. — Прошу рассчитаться, господа, с учетом неурочной работы в выходной день.

Семирядин остановился у него за его спиной и покрасневшими за истекшие сутки глазами внимательно ощупал стальную махину. Наконец-то, после всех этих тягостных душевных переживаний, после всех этих испытаний, они были близки к заветной цели.

— Открой сначала, — посоветовал он мужчине со смуглой кожей, испытывая крайнюю степень нервозности и азарта.