Читаем Империя полностью

В устах такого человека, как компаньон ныне покойного Владимира Кирсанова, патриотические нотки прозвучали как-то уж слишком необычно. В глубине души это даже слегка смутило Ангелину Виннер.

— А сугубо диетического чего-нибудь? — Лавр с улыбкой повернулся лицом к застывшей рядом с ним молоденькой официантке.

Изучив предложенное ему в административной столовой меню, Федор Павлович так и не сумел найти в нем что-нибудь подходящее для своей диеты. Все блюда преимущественно были острыми, с характерными приправами. И несмотря на то что бдительного в этом отношении Санчо сегодня не было рядом с новым народным избранником, Лавриков решил не искушать судьбу и не наносить вред собственному здоровью.

Миловидная девушка в униформе официантки с длинными каштановыми волосами и кристально-голубыми очами, которую даже привередливый в этом плане Лавр мог бы назвать во всех отношениях симпатичной, виновато развела руками.

— Извините, кухня диетическое готовит, когда сессия, — откровенно призналась голубоглазка. — А теперь — каникулы. Спроса нет. Все пропадает.

— Ясно. — Лавриков обвел долгим взглядом полупустое помещение столовой, где кроме него находилось не более пяти человек таких же трудоголиков, и подавил в груди тяжелый вздох. — Тогда тарелочки, будьте добры, две.

— С чем?

В руках официантки мгновенно появился миниатюрный блокнотик с отрывными листами, а вслед за ним и карандаш. Девушка приготовилась принимать долгожданный заказ. Лишь благодаря немногочисленности посетителей она мысленно не сетовала на то, что Федор Павлович и без того задерживал ее внимание сверх всякой меры.

— Пустые тарелочки, — огорошил ее депутат. — Одну можно поглубже, вторая — плоская. Еще кипяточка крутого грамм триста. И компот, — без всякого стеснения оформил нехитрый заказ Лавриков. — Желательно из сухофруктов. — Он подумал еще мгновение и так же веско добавил: — Желательно в граненом стакане.

Огромные, густо растущие ресницы симпатичной особы растерянно захлопали, но принципиальных возражений со стороны официантки не последовало. Выбранная профессия научила ее терпеливо относиться к любым чудачествам клиентов. В конце концов, в этой столовой все они избранные. И, рассуждая глобально, девушка приходила к выводу, что от их настроения во многом зависит и ее личная судьба. Депутаты ведь трудятся на благо народа, не покладая рук своих. С подобной сентенцией можно было, конечно, и поспорить, но это уже частности, а девушка в силу своей молодости и некоторой неопытности смотрела в будущее весьма оптимистично.

— Сейчас принесу, — покорно произнесла она, склоняя голову в едва заметном поклоне.

— Постарайтесь, — приободрил девушку Лавр.

Голубоглазая неуверенно кивнула и засеменила в сторону кухни, откуда явственно доносился шум позвякивающей посуды. Федор Павлович еще раз огляделся по сторонам. Срок работы депутатом Государственной думы у него был еще небольшим. Всего три дня. Именно столько времени прошло с того памятного дня, как они с Санчо дождались-таки результатов подсчета голосов и, в полной мере осознав, какую победу сумели одержать, по-скромному, но все же отметили данное событие в кругу семьи. В местную столовую Лавр и подавно пожаловал впервые. Взор невольно остановился на совсем молодом священнике с едва наметившейся округлой бородкой, который расположился рядом с выходом из помещения и очень пристально наблюдал за сидящим в центре Лавриковым. Чем был вызван интерес к его персоне со стороны служителя церкви, Федор Павлович не знал. Возможно, тот просто узрел новое, прежде не встречавшееся здесь лицо. Лавр отвел взгляд.

Пальцы бывшего криминального авторитета выудили из внутреннего кармана пиджака пухлый бумажник и раскрыли его. В одном из кожаных отделений дожидались своего часа два пакетика каши быстрого приготовления. Лавр достал сразу оба, убрал отощавший бумажник на прежнее место и неспешно надорвал краешки упаковок. К этому моменту возле его столика вновь нарисовалась миловидная официантка с подносом и выставила перед клиентом заказанные тарелки. Рядом водрузила заварочный чайник, а в самую последнюю очередь сняла с круглого подноса граненый стакан компота из обещанных сухофруктов.

— Прошу, — произнесла она бархатным голоском и тут же пояснила: — В чайничке — кипяток.

— Фантастика. — Лавр оценил усердие и предупредительность девушки по достоинству. — Меня никогда так быстро не обслуживали.

С этими словами он под заинтересованным взглядом официантки, не спешившей уходить по своим делам, высыпал из обоих пакетиков в глубокую тарелку овсяные хлопья с кусочками яблока и залил содержимое кипятком из чайника. Сверху Федор Павлович водрузил плоскую тару. Все это он проделал с завидным старанием и терпеливостью. От усердия даже язык высунул, прикусив его зубами. По завершении процесса Лавр поднял глаза на заинтригованную официантку и с искоркой задора подмигнул девушке.

— Осталось подождать три минуты, строго по инструкции, — сказал он.

— Предусмотрительный вы человек, — искренне восхитилась голубоглазка.