Читаем Императорский покер полностью

В царской армии ситуация выглядела идентично, но вот причины ее выглядели по-другому. Российские солдаты не изменили своего военное мировоззрение, так как у них его вообще не было. Они всегда были автоматами, которые заводились страхом; все время они удерживались в рамках прусской дисциплины по образцу Фридриха II, о рисках которой тот же самый Фридрих II как-то сказал одному из своих генералов:

— Для меня величайшей загадкой остается то, почему я и вы остаемся в безопасности в нашем лагере.

Но они тоже были ужасно измучены, потому зимой 1806/1807 года французы на своем пути находили покрытые чудовищными рубцами трупы российских дезертиров, которых царские генералы сотнями прогоняли сквозь строй со шпицрутенами.

Тем не менее, Александр не потому положился на своих генералов и сделал их собственными фигурами в новом раунде игры. Сделал он это потому, что в прудах под Аустерлицем раз и навсегда утонула его уверенность в собственном полководческом таланте, равно как и какая-то часть веры в высшую небесную защиту. Банк Провидения его подвел. Так что, хотя формально он сохранил за собой титул — или, скорее, положение — главнокомандующего, в планы битв и кампаний Александр больше не вмешивался, сосредоточившись на управлении политическими аспектами военной игры и удержании фигур в руке.

Теперь, когда мы это уже выяснили, давайте приступим к описанию самой игры и презентации высших карт. Прелюдией к первым раздачам была коротенькая война между Францией и Пруссией.

Прусский король, Фридрих Вильгельм III, этой войны не желал, тем более, что в принципе у Пруссии для войны не имелось ни одного серьезного повода. Зато войны хотела обожаемая всем народом королева-амазонка, Луиза, а так же прусская армия, скучавшая столько времени в качестве пассивного зрителя таких замечательных военных драк. Эта армия до сих пор помнила поросшие мхом победы Фридрихов I и II, и она была свято уверена, что до сих пор является самой могущественной в Европе. Наполеон победил русских? И что в этом такого необычного? Русских разбить нетрудно. К этим "варварам из азиатских степей" пруссаки всегда относились с умело скрываемым презрением, и с гордостью повторяли ответ, который их король дал когда-то д’Аламберу, восхищенному осанкой королевского лакея:

— Это красивейший мужчина моего королевства. Когда-то он был кучером, и я собирался направить его послом в Россию.

Они не допускали мысли, что какой-то "корсиканский пигмей" мог бы нанести хоть какой-то ущерб их государственности. Они объявили Наполеону войну, а тот весьма быстро показал, как сильно они ошибались. В течение всего лишь одного дня, 14 октября 1806 года, одновременно — под Иеной и Ауэрштедтом. На этих двух полях головные прусские армии перестали существовать, а через месяц как таковая перестала существовать и сама Пруссия.

И только тогда за карточный стол уселся Александр, и начался третий раунд императорского покера. Возникает вопрос: почему царь начал новую игру так быстро после аустерлицкого поражения, вместо того, чтобы переждать и набрать побольше сил? Он был вынужден. И вовсе не потому, что действовал договор о взаимной помощи, заключенный с Пруссией в июле 1806 года — к подобным договорам царь относился, как большая часть здоровых мужчин к свидетельству о заключению брака. Должен он был по трем иным причинам.

Царь был обязан сделать это, в первую очередь, потому что сразу же после Аустерлица в его разъяренном офицерском корпусе стали ходить слухи, что если царь быстро не реабилитирует себя, его может ждать судьба покойного папаши. А поскольку Александр сам когда-то дал возможность отцу встретиться с такой судьбиной, с тех пор у него ушки были на макушке, и подобные шепотки он выхватывал все до одного. Опасаясь новой неудачи (в конце концов, покер — игра рискованная) он решил — как нам известно — дать побольше свободы офицерскому корпусу, так, чтобы теперь ответственность была общей.

Во-вторых, ибо сразу в двух местах для интересов России возникла угроза: в Польше и в Турции. В Константинополе, в султанском гареме в пользу Франции действовала таинственная одалиска, с которой, пока что безрезультатно, сражалась британская контрразведка, а французские офицеры обучали турецкую армию для войны с Россией. В то же самое время, Великая Армия, надавав пинков Пруссии, перешла Одер и катилась дальше, на восток, а поляки посылали к Наполеону депутацию за депутацией с мольбой восстановить их независимости. Какие-либо и чьи-либо действия над Вислой и Босфором Петербург считал вмешательством в свои внутренние дела.