Читаем Имена парижских улиц. Путеводитель по названиям полностью

К моменту, когда прокладывание южных бульваров было завершено, площадь Парижа составляла 11,03 км2. Улиц, согласно «Парижскому альманаху» (1763), было в нем в это время 967. Если в Средние века необходимость обнесения города крепостной стеной диктовалась соображениями военной безопасности, то затем на первый план стала выходить безопасность экономическая: власти опасались, что чрезмерное расширение города затруднит снабжение жителей продовольствием. Первый официальный запрет селиться вне крепостных стен датируется 1548 годом; затем аналогичные постановления издавались в 1627, 1633, 1642 годах; был даже издан указ о разрушении домов, построенных таким противозаконным образом, а те владельцы, которые желали сохранить свои дома, должны были заплатить специальный налог. После разрушения крепостных стен власти обозначали границы города специальными межевыми знаками из мрамора или тесаного камня. Впрочем, существовали некоторые районы, где парижанам было разрешено поселяться по ту сторону этих знаков, – например, болотистые местности, которые требовалось осушить. По этой причине, например, в 1720 году было разрешено заселять район, в следующем столетии превратившийся в модный и дорогой квартал Шоссе Антена. Кроме того, в 1724 году власти уточнили, что следует различать межевые знаки внутренние и внешние: границу самого города обозначают только первые, а вторые, очерчивающие более широкий круг, указывают лишь ту границу, до которой позволено строить дома в предместьях. Однако межевые знаки не могли заменить стену вокруг города, отсутствие же ее затрудняло взимание пошлины на продовольственные товары, ввозимые в город. После разрушения крепостных стен откупщики (финансисты, выкупавшие у короля право взимать налоги, отдавая ему фиксированную сумму и беря себе все полученное сверх нее) стали взимать эту пошлину в деревянных фургонах на колесах, которые именовались «ложными воротами». Однако такая экономическая граница города была слишком прозрачной и непрочной, и потому откупщики добились от Людовика XVI разрешения обнести город непрерывной стеной. Она была построена в 1784–1787 годах и получила название крепостной стены Генеральных Откупщиков (mur des Fermiers Généraux; в дальнейшем для краткости мы называем ее просто крепостной стеной Откупщиков). Длина этой каменной стены достигала 24 километров, высота – 3,30 метра. С внутренней стороны вдоль нее шел дозорный путь шириной 12 метров, с внешней – бульвар шириной 60 метров. Пошлины на товары, ввозимые речным путем, взимались на двух таможенных сторожевых суднах: на уровне современной набережной Рапе и на уровне современного порта Инвалидов. Строить дома с внешней стороны ближе чем в ста метрах от стены было запрещено. Предполагалось, что это поможет избавиться от контрабандистов, однако те, со своей стороны, не скупились на выдумки и однажды даже вырыли подземный ход длиной больше 200 метров, по которому попадали в город, не платя никакой пошлины. Между тем для людей законопослушных и готовых платить налог были устроены 54 заставы, строительство которых поручили архитектору К. – Н. Леду. Общая площадь Парижа внутри крепостной стены Откупщиков равнялась 33,7 км2. Число улиц (согласно плану Эдма Вернике 1791 года) достигало 1169.

До 1 января 1860 года крепостная стена Откупщиков обозначала административную границу Парижа; за ее пределами оставались двадцать четыре лимитрофные (пограничные) коммуны: Иври, Жантийи, Монруж, Ванв, Исси, Вожирар, Гренель, Отёй, Пасси, Нёйи-сюр-Сен, Клиши, Сент-Уан, БатиньольМонсо, Монмартр, Ла-Шапель – Сен-Дени, Обервилье, Пантен, Ла-Виллет, Бельвиль, Пре-Сен-Жерве, Шаронна, Баньоле, Сен-Манде и Берси. Жизнь в них была гораздо дешевле, потому что тамошним жителям, в отличие от парижан, не приходилось платить пошлины за вино, пиво, мясо, уголь, дрова и прочие необходимые товары. Поэтому небогатые люди охотно переселялись в эти коммуны, и они постоянно расширялись.

Последняя крепостная стена была построена вокруг Парижа в 1841–1846 годах по инициативе Адольфа Тьера, главы кабинета министров в 1840 году. Если стена Откупщиков строилась для защиты от контрабандистов, то стена Тьера была призвана защитить город от военных атак (впрочем, злые языки утверждали, что правительство боится не столько войны с иностранцами, сколько мятежного населения собственной столицы и именно против него строит бастионы и роет рвы). Как бы там ни было, за пять лет были выстроены укрепления длиной около 39 километров. Изнутри вдоль крепостной стены Тьера шел дозорный путь, именовавшийся Военной улицей (rue Militaire), с внешней стороны вдоль бастионов был вырыт ров шириной 15 метров, а за ним простиралась зона, где запрещено строительство, шириной 250 метров. В стене Тьера было проделано 17 ворот.

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука

Похожие книги

Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное