Читаем Иллюзия греха полностью

— Я не знаю, я не помню, — прошептала Терехина. — Не мучай меня.

— Это ты меня мучаешь! — внезапно заорала Ира. — Это ты превратила мою жизнь черт знает во что! Я уж не говорю о жизнях твоих детей, которые уже шесть лет лежат в больнице. Я не могу их забрать домой, потому что не могу обеспечить им уход. И я вынуждена колотиться семь дней в неделю с утра до вечера, а в итоге покупаю тебе какое-то дурацкое лекарство, вместо того чтобы купить Павлику лишний килограмм клубники или новую майку для Наташи. Господи, когда же это кончится! Она обессиленно опустилась на пол рядом с кроватью, на которой лежала мать, и зарыдала. Галина осторожно вытянула руку и легко погладила Иру по голове. Та дернулась, словно ее током ударило.

— Не смей ко мне прикасаться! Мне не нужна твоя жалость! Лучше бы ты детей пожалела шесть лет назад. Ты же четыре жизни изуродовала, а отца просто убила!

— Лучше бы я умерла тогда, — обреченно произнесла Галина.

Ира поднялась, вытерла слезы рукой, взяла свою сумку и подошла к двери.

— Это точно, — сказала она, не глядя на мать. — Лучше бы ты умерла.

Вернувшись домой в первом часу ночи, Ира Терехина тихонько зашла на кухню, чтобы что-нибудь съесть. После поездки к матери и до вечерней работы в ресторане она успела убрать в квартире, и теперь кухня сияла чистотой. Шамиль съехал, а новый жилец, Ильяс, появится только через два дня. Георгий Сергеевич, второй съемщик, беспорядка после себя не оставлял, и Ира могла быть уверена, что в ближайшие два дня дома будет царить чистота.

Георгий Сергеевич ей нравился, и она мечтала о том, чтобы все жильцы у нее были такие же, как он. Тихий интеллигентный мужчина лет пятидесяти, съехавший от жены после развода в ожидании решения квартирного вопроса, он относился к своей хозяйке по-доброму и даже старался помочь, чем мог, видя, как она беспрерывно мотается с одной работы на другую.

— Ирочка, я собираюсь нести вещи в химчистку. Что-нибудь ваше захватить? — спрашивал он.

— Ирочка, у меня завтра запланирован большой поход за продуктами. Вам что-нибудь нужно?

Если Ира приходила с работы, а он еще не спал, Георгий Сергеевич сочувственно говорил:

— Садитесь, Ирочка, я вам чайку налью, а вы отдыхайте. Но вообще-то бывало это нечасто. Георгий Сергеевич рано вставал и уходил на работу, а потому и вечерами не засиживался допоздна. Но сегодня была пятница, завтра ему на работу не идти, и, когда Ира пришла домой, он еще не спал. Услышав ее осторожные шаги, жилец вышел на кухню.

— Что, Ирочка, остались мы с вами вдвоем? Пополнения не ожидается?

— Через два дня, — ответила она, отрезая себе кусок хлеба и доставая из холодильника дешевый маргарин.

— И кто на этот раз?

— А, — она небрежно махнула рукой, — такой же, как Шамиль.

— И как вы не боитесь, — покачал головой Георгий Сергеевич. — Такая публика сомнительная, и приводят сюда Бог знает кого. Даже я боюсь, а уж вы-то...

Ира твердо помнила наказ Стасова и его друзей из милиции про проверки никому не рассказывать, потому и не стала успокаивать боязливого жильца.

— Да ладно, чего там, не убьют. Конечно, мне бы лучше найти второго такого, как вы, да где ж такого взять. Расскажите лучше, какое кино сегодня по телеку смотрели.

— Хотите сыру? — предложил жилец. — Я купил сегодня чудесный сыр. И колбаса есть хорошая. Давайте я вам отрежу, а то вы все время хлеб с маргарином жуете, это же так вредно. Конечно, вредно. У нее и прыщи с лица не сходят, потому что все время ест хлеб с этим дурацким маргарином, напичканным химией и всякой прочей гадостью. Но зато дешево. А она должна экономить. Однако побираться у жалостливого жильца она не будет ни за что на свете. Лучше умереть.

— Я в ресторане поела, официанты подкинули, — выдала она дежурную отговорку. — Сейчас просто так пожую, для порядка, и спать пойду. А вы чего не ложитесь?

— Не спится. С бывшей женой разговаривал, расстроился, все не успокоюсь никак.

— Скандалила? — догадалась Ира. — Ух, сука! Я бы ее своими руками придушила. Такого хорошего человека обижает. И как не стыдно, ей-Богу!

— Не надо так, — мягко остановил ее жилец. — Она хорошая женщина. Просто характер тяжелый. Кстати, Ирочка, я совсем забыл вам передать, вам звонил какой-то мужчина, ваш бывший сосед.

— И чего сказал? — насторожилась Ира.

— Просил, чтобы вы ему позвонили.