Читаем Ильхам Алиев полностью

Н. Асадова: Я так понимаю, что вы будете сокращать закупки российского газа?

А. Венедиктов: Если цена останется предложенная.

И. Алиев: Сейчас мы рассматриваем варианты. Либо сокращать, либо мы вообще откажемся.

А. Венедиктов: Отказываться?

Н. Асадова: А где вы возьмете газ, вам же нужен дополнительный газ.

И. Алиев: Да, нам нужен дополнительный газ. Потому что мы пока себя газом не обеспечиваем. У нас в этом году была добыча нефти 30 миллионов тонн. А внутренняя потребность — 6. Поэтому здесь проблем нет. Добыча газа была 4,5–5, внутренняя потребность— 10. Поэтому мы в дефиците. И воспользоваться этим дефицитом некрасиво. Мы бы так никогда не поступили. Где мы возьмем? Нам негде взять. Мы должны менять свой энергетический баланс, переводить его с мазутно-газового на мазутный. Это приведет к чему, ясно, что мы вынуждены будем сократить транспортировку азербайджанской нефти в порт Новороссийск. Другого выхода у нас нет. Наши электростанции должны на чем-то работать. Если это не газ, то тогда это мазут. А где взять мазут? Только переработав нефть. А где ее взять? Из трубы Баку — Новороссийск. Вот видите, такой с виду коммерческо-агрессивный шаг ведет к каким последствиям. Самое главное, чтобы определенные силы, которым не совсем по душе развитие добрососедских отношений между нашими странами, не воспользовались бы этой ситуацией и не перевирали бы в политическом плане суть того, что происходит. Я считаю, что этот вопрос надо оставить в рамках коммерции энергетики и не придавать этому другую оценку.

А. Венедиктов: То есть вы махнули рукой на политический подтекст. Да, господин Президент?

И. Алиев: Мне трудно сказать, был ли политический подтекст.

А. Венедиктов: Лучше его не замечать. Правильно я понял вашу последнюю фразу?

И. Алиев: Я решил найти выход из ситуации с минимальными потерями для Азербайджана и одновременно с достоинством. Я не могу позволить, чтобы Азербайджан превратился в страну, которая была бы подвержена элементам коммерческого шантажа. Это я позволить не могу.

Н. Асадова: Просто считают в России, что Россия, таким образом, наказывает Азербайджан за то, что Азербайджан не хочет участвовать в газовой блокаде Грузии. Вы же продолжаете поставки газа в Грузию.

И. Алиев: У вас вообще сплошная дезинформация. Мы не поставляем газ в Грузию.

Н. Асадова: Это аналитика российских многих…

А. Венедиктов: Российских многих чиновников, замечу я.

И. Алиев: Очень плохо. И кстати, это не первый раз, когда эти ложные посылы потом обсуждались широко, и на основании этих ложных данных делались выводы. Мы с этим сталкивались и в момент строительства (нефтепровода) Баку — Тбилиси — Джейхан, когда говорили, что это направлено против России. Ну почему трубопровод, который мы строим в Средиземное море, направлен против России? Ну, хорошо, через территорию России можно построить трубопровод в Средиземное море? Нет, наверное. Поэтому то, что он идет мимо России, это не потому, что мы ее обходим. Если бы мы хотели обойти, тогда мы бы не пользовались трубопроводом Баку — Новороссийск. Кстати, убыточным. И ни в какое сравнение с экономической точки зрения не идущим с трубопроводом Баку — Супса или Баку — Тбилиси — Джейхан. Просто нам как стране-производителю, находящейся как бы вдали от мировых рынков, необходим трубопровод в Средиземное море. Вот и все. И вокруг этого тогда были дискуссии и очень вроде бы с виду знающие люди серьезно дискутировали о том, что Азербайджан совершает такие недружественные действия. То же самое и сейчас. Мы не поставляем газ в Грузию. Мы покупаем газ. Мы покупали в этом году 4,5 миллиарда кубометров. И кстати, по информации и заявлению самых высших российских руководителей, единственная страна, с которой у России не было проблем и задолженностей, были мы. Мы вперед оплачивали. Мы никогда не должны. Мы никогда не срывали контрактов. И поэтому на этом фоне поднятие такой цены для нас странно. Я не хочу давать оценки и предположения, я не люблю строить выводы на основании предположений. Я не хотел бы верить, что это носит политический характер.

А. Венедиктов: Ильхам Гейдарович, известно в России, что у вас есть личные отношения с Президентом Путиным. Также известно в России, что Президент Путин очень внимательно следит за тем, что происходит в «Газпроме». Буквально вчера (22 декабря 2006 г. — Авт.) он принимал руководителей проекта «Сахалин-2». Вместе с Алексеем Миллером. Вы не пытались этот вопрос решить не как коммерческий, как вы сказали, а как вопрос политический, потому что Азербайджан политический союзник России. Вы не говорили об этом с Президентом России? Так, как вы говорите нам.