Читаем Ихор. На север (СИ) полностью

Пока Харальд не притянул цепь обратно, Безликий схватился за нее и начал тянуть к себе. Конунг надеялся на свои силы, мол ему хватит их, чтобы вытянуть противника к себе. Но ожидания быстро разрушились. В сравнительно мелкой тушке, хранилось не меньше, а может и больше, сил, чем в теле огромного северянина Харальда. Оба они чуть ли не падали на скользкой земле, но прижавшись к земле, для большей устойчивости, Безликий резко дернул за цепь, роняя северянина на землю.

Огромное ручище глубоко погрузилось в грязь, пока не щелкнул механизм и стальная челюсть не захлопнулась. Стальные клыки вгрызались в плоть по самую кисть. На землю брызнула струя крови.

Болезненный рок быстро сменился действием. Встав на колено, он схватился за одну дугу рукой, а на другую наступил, освободив трясущуюся от боли руку.

Услышав чавканье грязи, Харальд поднял глаза и увидел перед собой колено, прилетевшее ему в нос и безнадежно его переломав. Рухнув на спину, он рефлекторно схватился за свежую рану, как Безликий запрыгнул на него и начал крушащими ударами наносить удар за ударом. Настолько сильными они были, что казалось еще немного и эти его руки перемолят кости Харальда в порошок.

Прикрываясь руками, конунгу удавалось защититься, но темпы все никак не хотели спадать.

Подгадав момент, Харальд перехватил руку и потянул Безликого вниз, поменявшись с ним местами. Заняв возвышенную позицию, град ударов обрушился уже на стальной череп, но Безликий, уверенный в титановой оболочке даже не прикрывал голову, позволив Харальду наносить эти удары, пока тот истекал кровью и понапрасну тратил свои силы.

Не прошло и минуты, как кулаки целиком обливались кровью, пока кожа на костяшках разрывалась и оголяла окровавленные костяшки, в которых виднелись теплые и хрупкие сухожилия. Силы быстро покидали Харальда, а боль в его руках только нарастала и уже совершенно не чувствовались. Вынужденный прекратить это, Харальд поднял обе руки вверх, в которых появилась рукоять, а затем из нее выросло лезвие, кончиком направленное на обездвиженное тело Безликого.

Острие быстро опустилось к его доспехам, но не успели их коснуться, как рука отвела лезвие в сторону, а после, что-то уперлось Харальду в грудь. Взглянув, конунг увидел как дуло орочьего пистоля уперлось ему в доспехи. Харальд успел только взглянуть в пустые стеклянные глазницы черепоголового, перед тем как взведенный молоточек механизма ударил по пороховой чаше и раздался громкий оглушающий выстрел.

Тысячи мелких пуль вылетело из ствола, пробили тонкие чешуйки доспеха и вошли в плоть, распускаясь в теле кровавым цветком. Кровь поступила к горлу и вылилась на стальной череп, заливая его линзы и просачиваясь через ноздри и зубы прямо внутрь, наполняя шлем влагой и неприятным запахом.

Обрушив полумертвую тушу на спину, Безликий поднялся и вытер правую линзу от густой крови, вернув себе прежний обзор.

— Кха… н-нет… только… не сейчас… — Изрыгая из себя кровь, с трудом выговорил еще живой Харальд. Все же крепкий человек попался и Эос этому слегка удивлялся. Обычный человек от выстрела в упор из картечи уже умер бы от болевого шока и уничтоженных в смятку внутренних органов, а он еще дергался и цеплялся за свою жизнь.

"Силен." — Подумал Безликий, прежде чем подойти к нему и прислушаться к его предсмертным словам.

— …мой… народ не заслужил… забвения. — С непомерным усилием повернув бородатое пропитанное кровью лицо к Безликому и взглянув на него дрожащими глазами, приложил все свои оставшиеся усилия для того, чтобы протянуть к нему руку. Безликий не препятствовал этому и чуть было не пожалел об этом.

Острый серебряный шип вытянулся из кольца и едва не проткнул наемнику голову. Если бы ни его реакция, то лишился бы жизни, не успев даже понять этого. Схватившись за ослабшую руку, он стащил это зловредное кольцо с его пальца.

По лицу конунга было ясно одно, глубокое разочарование и печаль наполнили его глаза, что те начали слезиться. Чувство невыполненного долга разрывало его изнутри, когда он умрет и отправится в иной мир, как он будет смотреть в лицо тем, кем он пожертвовал ради будущего их детей. Неужели ему придется встать на колени и унижаться прося прощения? История запомнит его как жалкого воина, что подвел свой народ, не сумел привести его к процветанию. Отныне и на веки веков, он станет отбросом своего народа.

Такое неприятное осознание пришло в его голову.

А как же его собственные мечты? Как же те рассказы его отца, в которых он говорил о теплых землях, золотых полях и мягкой траве. Неужели он потеряет все это, даже не обретя этих богатств.

В мучительных мыслях, Харальд потерял последние силы, что удерживали его в мире живых, обронил голову и испустил свой дух.

Облегченно вздохнув, Эос выпустил в воздух теплый пар, этот бой окончен. Открыв челюсть, он сплюнул накапавшую в рот кровь северянина. Свесив голову, Безликий не мог оторвать взгляд от застывшего лица последнего конунга северных народов.