Читаем Ихор. На север (СИ) полностью

— Не торопись так… — неожиданно заговорила Софи, вроде бы не соглашаясь, но и не отрицая его слов. Старик с начало удивился, но потом мерзко заулыбался. Его руки смахнули локоны с лица Софи и тот уже начал лезть к ней с поцелуями. Но в ответ Софи обвила его шею обеими руками и начала сжимать их с невероятной силой. Кнехт сразу же схватился за ее руки, в надежде сбросить с себя, как ему казалось, слабые женские руки. — Не торопись так, перед этим ты говорил о том, что лучше сдохнешь, чем подчинишься мне. Я как сержант наделена властью казнить любого солдата, что не соблюдает устав. Тебе повезло, ты можешь подтвердить свои слова на деле. Ты же мужчина, давай, у тебя же есть яйца? — Голос новоявленного сержанта оказал дисциплинарное влияние на всех присутствующих, кроме Эоса, ему это казалось не интереснее работы грузчика и продолжил работать.

Закованные в сталь руки сжимались все сильнее и сильнее, неизбежно царапая и удушая старика. Тот начал паниковать тщетно пытаясь вырваться из ее стальной хватки, но поняв что это бесполезно, хриплым голосом выдавил из себя лишь пару слов.

— Я… я подчинюсь… — Софи получила желаемый ответ, но отпустила его лишь спустя несколько секунд, когда тот посинел и казалось, уже испустил дух.

Когда хватка ослабла, борзый кнехт потерял сознание и всем телом погрузился в нечистоты. Его друзья подошли к нему и начали приводить в чувства. Открыв глаза, тот вскочил на ноги и в страхе начал смотреть на Софи. Сержант вновь отдал тот же приказ.

— Загружайте провизию, старые пердуны. — Ощущая на себе тяжелый взгляд, недавно прохлаждавшиеся кнехты без промедления начали работу.

Работа продолжилась с новой силой и еще быстрее. Уже через десять минут, отряд был готов двинутся в дорогу.

Эос не имел собственного скакуна и воспользовавшись случаем разместился на повозке, откуда слушал восторженные слова Софи.

— Это чувство, когда ты можешь унижать кого угодно и тебе за это ничего не будет. Это чувство власти… мне нравиться!

— … - Рыжая бестия, больше нечего добавить.

…

Стальные пальцы Хораса беспощадно тарабанили клавиатуру, исправляя каждую обнаруженную в строках ошибку. Черные блоки памяти, некогда горевшие красным цветом начали гаснуть, давая понять о своей полной исправности. Постепенно чувства Хораса начали возвращаться к нему, он ощущал это. Нажав последнюю кнопку, последний покрасневший блок погас. Работа была окончена.

Оглядев комнату собственными глазами, Хорас проверил порядок еще раз. Убедившись в этом, Хорас начал растворяться в белой комнате, постепенно его сознание возвращала контроль над своим телом. С начало проявилось чувство осязания, потом слух и в последнюю очередь зрение. Кристальные окуляры Хораса засветились. Но вместо того, чтобы увидеть дневной свет, его кристальные глаза окутались кромешной тьмой, руки и ноги сковывали склизкие и постоянно шевелящиеся стенки. Кроме всего этого, Хорас чувствовал, что целиком находиться в некой бурлящей жидкости и температура ее была выше чем должна быть в обычном состоянии.

Мгновенно просканировав место в котором он оказался, в голову Хораса поступила неприятная информация. Данные говорили о том, что кованый оказался в желудке огромного существа, а жидкость в которой тот купался, это желудочный сок. Но Хорас по началу никак на это не отреагировал, кислота в которой он находился не могла разъесть его корпус, да и никакая другая кислота на такое не способна. Это позволило Хорасу некоторое время провести в раздумьях.

— Проглотить. Тело. Кованого. Могло. Только. Существо. Огромных. Размеров. И. Не испытывать. Никаких. Трудностей. — Размышлял тот, попутно подмечая свой собственный вес, который был тяжелее примерно в три раза по сравнению с человеком тех же габаритов. Желудок должен был просто разорваться от безумного веса кованого или в лучшем случае свисать до самой земли. — Химера? Или… — Вместо того, чтобы просканировать существо вдоль и поперек, Хорас решил провести маленькую лотерею. — Химера.

Сделав пустую ставку, Хорас инициировал заклинание стихии света, "Свет желтой звезды". Его тело засветилось ярким светом, словно настоящее солнце, слепящее и обжигающее. Слизистые стенки желудка начали плавиться от неимоверного жара, слезать с костей и пузыриться прямо на глазах. Хорас под весом собственного тела и из-за звездного жара выскользнул из желудка, освещая всю темную округу собственным телом и испепеляя окружающую растительность в пепел.

Поднявшись на ноги, Хорас огляделся и с равнодушным взглядом подметил невероятно разрушительный эффект этого заклинания. Поле радиусом в сто метров превратилось в опаленную пустошь без единого намека на жизнь, единственное дерево росшее не подалеку мгновенно лишилось всей листвы, кора обуглилась и кусками слезала с обгоревшего ствола. Не исключением стала и одежда Хораса, льняные одежды, плащ и кожный жилет просто исчезли, сгорев без остатка.