Читаем Ихор. На север (СИ) полностью

Поняв, что это был всего лишь отвлекающий маневр, Селегал моментально принял боевую стойку. Каджит не стал ждать, пока его противник войдет в радиус поражения, и сделав широкий шаг вперед направил стремительный выпад, целясь прямо в кирасу с непонятными символами, намереваясь пробить его и закончить бой. Но Селегал понял, что так просто ему не победить, ибо видел как Эос, словно ведомый ветром, ушел от удара и тут же начал сокращать дистанцию.

Селегал начал отступать назад, стараясь удержать противника на расстоянии, но тем самым он потерял инициативу и перешел в оборону. Эосфорос не стал терять шанс и начал беспрерывно атаковать каджита, попутно подмечая каждое его движение, выискивая бреш в его технике.

Он пользуется копьем столь же ловко как и Софи, однако, каджиты не отличаются высокой физической силой, в отличие от других зверо-рас, что способны поднять взрослого человека одной рукой. Их стихия это ловкость, чем они и пользуются, но сейчас Селегал зажат в угол более способным противником, который превосходит его в силе и равен ему по ловкости. Иначе говоря, его зажали тупой физической силой.

Каждый удар копья встречался стилетом зажатый в мертвых тисках, словно каменная стена встала перед ним или же скорее как каменный голем, стойкость которого просто невероятна. Вскоре Селегалу стало ясно, что перед ним один из мутантов созданных теургами, сервит. Каджиту уже приходилось сражаться с одним из таких на столичной арене и был он столь же силен, но не так ловок как Эос. Именно благодаря своей ловкости Селегалу удалось одержать вверх в той битве, но столкнувшись с еще одним сервитом, он уже не знал что делать, пока не подвернулся шанс.

Эосфорос внезапно остановился и отойдя на пару шагов назад начал смотреть в небо, обеспокоенно дергая головой из стороны в сторону. Казалось, что-то напугало его и заставило отвлечься от боя, посчитав таинственный облик более важным. Заинтересованные зрители так же направили глаза ввысь, за ними последовал и Селегал. Рассматривая затянутое облаками и дымом небо своим острым зрением, каджит не заметил ничего подозрительного. Вряд ли пара птиц может хоть как-то повлиять на ход боя или как то напугать Эосфороса. Селегал лишь с еще большей злобой посмотрел на Эоса, который все ни как не мог насмотреть и воспользовавшись шансом напал на противника.

Эосфорос с ног до головы покрыт плотно прилегающими доспехами, которые по структуре напоминали полированный камень, а слабые места скрывались под плащем, но его шея осталась не прикрытой. Копье тут же помчалось в неприкрытую броней глотку. Эос почувствовал как в горле защемило и моментально отвел острие копья в сторону.

— Что он творит мать вашу! — Удивленно проорал вервольф, наблюдая за тем, как Эосфороса начали теснить.

— Твою мать, он же чуть не сдох! — Подключилась и Софи.

Хорас, напротив, оставался спокоен и молча наблюдал за неожиданно растянувшимся боем, а затем задумчиво сказал.

— Кажется он что-то видел в небе…

— В небе? Но там же ничего нет! Верно же, я ведь ничего не упускаю?

— Нет, ничего ты ничего не упустила, я просканировал все воздушное пространство над Зендером и не обнаружил ничего подозрительного.

— Тогда какого хрена он творит? — Разозленная Софи продолжила наблюдать за боем.

— Возможно он может… — "чувствовать то, чего не чувствуют другие", Хорас не стал произносить это вслух, посчитав эту теорию слишком необоснованной, ведь о предвестниках до конца не все известно, к примеру, как они попадают в этот мир. Сколько бы Хорас не ломал голову над этим вопросом, сколько бы сотен лет он не потратил решая эту головоломку, ответа он так и не нашел.

Селегал наносил один удар за другим, некоторые атаки проходили, но задевали лишь элементы доспехов и не наносили противнику никакого урона, ему оставалось лишь дожидаться момента, когда защита Эоса ослабнет, но он все никак не ослаблял бдительности. Каджиту это все уже надоело и тогда он прекратил атаку и быстро отошел назад на несколько метров. Эос не торопился нагонять его, вместо этого он прислушался к одному из зрителей.

— Карантир! Где твой сраный Карантир! Помни, я на тебя сотню лир поставил!

Каджит не стал обращать внимание на рычащий голос, вместо этого он начал раскрывать свое копье. Ткань, что скрывало древко копья опало на землю, теперь каджит держал в руке не простое оружие, древко было исписано различными рунами, от одного конца к другому. Селегал пустил по этим рунам внутреннюю тауму и те начали светиться ярко-голубым цветом.

— Карантир блять! Карантир используй сукааа!

Вновь послышался грубый голос, но Эос все еще сомневался, не решаясь использовать меч. Его способности в использовании такого оружия все еще сомнительны, но копье каджита заставляет принять это решение. Эос вложил стилеты в ножны и вместо них обнажил серебристый меч так же испещренный руническими символами и которые так же начали светиться ярко-голубым цветом.