Читаем Их новенькая полностью

Никлаус снова хмыкает, обнимает меня одной рукой за плечи и склоняется к моему уху:

– Так, словно ты ещё не решила нужна ли тебе вообще машина. Справишься?

– Да, если ты не будешь на мне виснуть, – ворчу я, дергая плечами.

Никлаус тихо смеётся, прижимая меня к себе ещё крепче, а затем спрашивает равнодушно, осматриваясь по сторонам:

– Что мы ищем, Новенькая?

– Джип. С открытым верхом. Синий.

– Под цвет глаз? – усмехается он и вдруг останавливает и разворачивает нас к неприметной легковушке лохматых годов производства.

Я вопросительно смотрю на него.

– На машину смотри, – бросает он, отпускает меня и проходит к ней ближе.

Я воровато оглядываюсь на небольшое здание офиса и вижу в одном из окон фигуру мужчины. Кажется, до меня начинают доходить правила этой игры.

Я вздыхаю и обхожу машину по кругу вместе с Никлаусом.

И такие манёвры мы совершаем ещё не раз, крутясь исключительно у самых дешёвых машин, пока не добираемся до моей. То есть пока не моей, разумеется, но желанной. И когда я вижу ценник, прикреплённый к лобовому стеклу, то не могу сдержать разочарованного стона.

Он больше на сто долларов той цены, что стояла в объявлении на сайте!

Господи, ну почему?!

Я растерянно смотрю на Ника, не представляя, как быть. Он ведь это и имел ввиду, да? Что цены отличаются, что по факту машина может стоить дороже?

– Что мне делать? – шепчу я, чувствуя, как в горле собирается ком.

Господи, я готова расплакаться от той несправедливости, что мучает меня весь этот грёбанный день! За что, чёрт? И почему я не додумалась приехать сюда раньше, чтобы убедиться, что цены совпадают?!

Никлаус, который до моего вопроса ухмылялся, пристально смотрит на меня долгим взглядом, встряхивает головой и равнодушно бросает:

– Ты красивая.

– При чём здесь…

Ник резко отворачивается и идёт к машине. Хлопает обеими ладонями по капоту и удручённо качает головой, но говорит невпопад своим действиям:

– Воспользуйся этим, когда к нам подойдёт продавец.

– Что ты…

– Не строй из себя дурочку, Новенькая. Ты же намерена стать моделью, нет?

– Я… – теряюсь я на пару мгновений, а затем соображаю к чему он ведёт. – Это не одно и тоже, Никлаус.

– Сколько тебе не хватает?

– Сто долларов.

– Продай свою улыбку за триста. Ведь именно это ты будешь делать – продавать свою внешность. Значит, должна понимать, как это работает.

– Повторяю: это не одно и тоже, – скреплю я зубами.

Вот зачем он меня снова злит? Зачем раз за разом вынуждает вспоминать прошлое? Он ведь даже не представляет сколько раз я жалела о том, что я якобы красивая.

Хорошенькая.

Именно так говорил мамин друг ей же при пьяном и сальном взгляде на меня…

Меня передёргивает от отвращения, я отворачиваюсь от Ника и пальцами сжимаю переносицу, чтобы сдержать не прошенные слёзы. Ненавижу. Ненавижу своё прошлое и то, что оно до сих пор имеет надо мною власть.

Ник оказывается рядом со мной через минуту. Он трогает ладонью мои лопатки и тихо говорит:

– Прости, но твоё состояние нам только на руку. Будем действовать по плану «Б».

Я уже хочу послать его куда подальше, но слышу за спиной воодушевлённый мужской голос:

– Добро пожаловать к Брайли, молодые люди! То есть в мой скромный салон. Скажите, могу я вам помочь определиться с выбором вашей будущей машины?

– Да, если будете так же щедры на цены, как на доброту, – отвечает Никлаус, разворачивая нас лицом к низкорослому толстячку с густыми усами. – У моей девушки день рождение, мы с друзьями и её матерью, которая работает в государственной больнице медсестрой, сложились и подарили ей деньги на покупку собственной машины. Это была её мечта, понимаете? Мы искали вариант подешевле, честно. Но теперь моя кошечка расстроена, потому что ей приглянулась именно эта. У меня, конечно, есть ещё пара сотен, которые я отложил на праздничное свидание специально для моей девочки, но их всё равно не хватает. Вся надежда на вас, мистер Брайли…

Боже, опять эта удивительно складная ложь.

– Какая досада, – деланно расстраивается продавец, наградив меня сожалеющим взглядом. – Этот красавец и правда хорош! Очень понимаю вашу девушку. – Он проходит ближе к машине, ласково проводит ладонью по её капоту и жадно смотрит на Ника: – Как много вам не хватает?

– Пятьсот баксов.

Я кашляю, подавившись собственной слюной, и Ник прижимает меня к своей груди обеими руками, чтобы «утешающе» погладить по спине и волосам.

– О-о-о… – удивлённо тянет Брайли. – Не плохо, не плохо. – Мужчина оглядывает машину оценивающим взглядом, хмурится, а затем прищуривается на Ника: – Это с вашими двумя сотнями, отложенными на свидание?

– Без.

Глаза мистера Брайли торжественно загораются, он трогает свои усы, прежде чем радостно объявить: