Морган наконец успокоилась, уверенная, что Френсиса освободят со дня на день. На смену январю пришел февраль, принеся с собой холод и снег. Морган чувствовала, что нервы ее натянуты до предела, и чтобы немного успокоиться, каждый день гуляла с детьми, закутывая их в шубы и шали до самых бровей.

Они как раз вернулись с очередной прогулки, когда Полли выскочила им навстречу.

– О, госпожа, ужасные новости! – закричала она.

Морган схватилась за грудь. Френсис! О Боже! Только не это!

– Мой господин Джеймс, лорд Джеймс – Седрик говорит, он умер.

Морган едва удержалась, чтобы не расхохотаться, но не радостным, а истерическим смехом. «Что со мной? Я схожу с ума?» – спрашивала она себя. Нет, это просто облегчение. Облегчение от того, что Джеймс наконец обрел покой. Или от того, что Френсис все еще жив?

Собрав в кулак всю свою волю, Морган велела Полли заняться детьми, а сама поспешила наверх.

Две длинные свечи горели на алтаре часовни. В воздухе стоял густой запах ладана. Все, кроме Морган, давно покинули часовню. Она стояла на коленях, молясь за упокой души мужа. И хотя исход его болезни был предрешен давным-давно, только сейчас перед мысленным взором Морган с необыкновенной ясностью предстали долгие годы теперь уже абсолютного одиночества, которые ей предстояло провести в замке.

Все кончилось. Правда, на самом деле все кончилось еще три года назад, а если уж быть до конца честной, то еще раньше – в тот самый день, когда Морган вернулась из Синклер-Хауса.

Она перекрестилась и поднялась с колен. Позади скрипнула дверь. Морган быстро обернулась и увидела знакомую длинную фигуру.

– Френсис! – прошептала она, и эхо отозвалось под сводами часовни.

Он прошел к алтарю, словно не замечая присутствия Морган: похудевший, осунувшийся, с пышной бородой, которая делала его почти неузнаваемым. Френсис опустился на колени у могильной плиты брата.

Морган отошла к входной двери и наблюдала, как Френсис в полном молчании простоял несколько минут.

Наконец он поднялся и пошел к ней навстречу, по-прежнему не произнося ни слова. Все так же молча открыл дверь, пропуская Морган вперед.

– Ты вернулся, – сказала она каким-то глухим голосом.

– Ага. – Он смотрел на замок, положив руки на бедра.

Морган закусила губу, решив не заговаривать первой. На лице его застыло так хорошо знакомое ей выражение – именно так он выглядел во время их ссор, непримиримо и грозно.

– Ты заберешь детей обратно в Карлайл? – не выдержала молчания Морган.

Он продолжал разглядывать башни замка, двор, темное небо.

– Мы уедем сегодня, а то, похоже, надвигается буря.

– Отлично, – вскинула голову Морган, – поскольку я собираюсь в Лондон.

– В Лондон? – Френсис наконец взглянул на Морган. – В такую погоду?

– Ну, – раздраженно бросила она, – я имела в виду, когда погода наладится и дороги просохнут. Уже почти март. Думаю, в следующем месяце и отправлюсь.

Френсис скрестил руки на груди и остановил на Морган ледяной взгляд.

– Ты так стремишься встретиться с Сеймуром, а твой муж скончался только три дня назад!

– Это тебя не касается! Я намерена бежать из этого дикого края, и, надеюсь, навсегда!

– Да, да, – нетерпеливо перебил он, – беги, убирайся, делай что хочешь. Но если ты собираешься бросить Белфорд, я буду настаивать, чтобы ты оставила его на мое попечение.

– Да Бога ради. Живи здесь. Я отдала бы тебе это чертово место навсегда, если бы это не было законным наследством моих детей.

– Мы не переедем сюда, я уже тебе говорил. Но если ты действительно решила уехать в Лондон, я буду следить за тем, как здесь идут дела в твое отсутствие.

– Благодарю, – сказала она, услышав фальшь в собственном голосе.

Френсис еще раз взглянул на небо:

– Думаю, нам лучше отправляться немедленно. Если погода испортится, остановимся у графини Нортумберленд.

И он двинулся по направлению к замку.

– Она будет в восторге, – бросила Морган ему вслед, чувствуя, как бешенство вскипает в груди. – Полюбуешься ее блеклым личиком и остальными прелестями.

Он остановился, обернулся, склонив голову набок:

– Думаешь, ты понравишься Сеймуру в черном? Или рассчитываешь сразу сбросить одежду, чтобы он не заметил цвет?

И он медленно пошел к замку. Морган сжала кулаки и грубо выругалась. Этот тип вечно выводит ее из себя! Имеет наглость ее осуждать, в то время как его брат ей испортил всю жизнь! Да и сам он чудовищно с ней обращался. Морган тяжело вздохнула, надеясь, что не встретится с Френсисом с глазу на глаз до его отъезда.

Почему мысль о его возможном романе с Мэри Перси так расстраивает ее? Ответа на этот вопрос, как и на многие другие, касающиеся Френсиса, она не могла найти и решила больше не спорить с ним. Напрасная трата сил. Главное – она встретится в Лондоне с Томом и обретет счастье в его объятиях.

Глава 21

Легкий туман окутал Лондон. Цветы и деревья вокруг Уайтхолла покрылись росой. Над городом повис запах горелого дерева – с наступлением весны неожиданно похолодало.