Читаем Игрушка богов полностью

Они шли по мощенной булыжником широкой дороге увлекаемые потоком людей, от которых остро пахло страхом и горем. Кир крепко держал за руку Крису и беспокоился только о том, чтобы их не растащили в разные стороны.

Лошадь они давно потеряли, да она и не могла двигаться среди обезумевших от страха людей.

Папа, они боятся чего-то сзади них, они боятся, что оно их нагонит.

— Оно?.. Что это такое? — спросил Кир. Он не слышал мысли этих людей, так как находился в боевом состоянии. Это сработала его защита от беспорядочных и сильных эмоций окружающих людей.

— Это какой-то монстр, чудовище…

— Я давно убедился, что самое страшное чудовище — это человек, — пробурчал Кир. — Нам надо выбраться из этой толпы, иначе они нас растопчут.

Он на мгновение вышел из своего боевого состояния, чтобы заглянуть в мозг Крисы. В нем по-прежнему находилась серебристая сфера, скрывающая ее мысли, но эмоции были видны. Он вздохнул с облегчением, Криса не испытывала страха, скорее просто любопытство.

Появились вооруженные копьями люди, они внимательно вглядывались в толпу. Поток замедлил свою скорость и вскоре остановился.

Кир приподнялся на цыпочки, чтобы понять, что случилось. Неожиданно с двух сторон к нему направились воины, расталкивая людей копьями. Кир нащупал рукой кинжал и расправил плечи, чтобы освободить хоть немного пространства для боя.

Они не хотят нам зла, они просто исполняют приказ.

— Что им нужно? — спросил Кир, внимательно разглядывая приближающихся воинов.

Ты вооружен, а они собирают всех, кто способен держать оружие, для своего последнего боя. Они собираются остановить здесь чудовище, чтобы люди смогли спастись. У них нет надежды, они готовятся к смерти. Помоги им, папа!

Воины наконец добрались до них.

— Идем с нами, — сказал устало один из них. — С тобой хочет поговорить наш командир.

Папа, пожалуйста, помоги этим людям. Среди этих людей много женщин и детей…

— Хорошо, Криса. Я помогу этим людям, хоть это не наш мир, и это не наша война. Мне нравится твоя вера в меня, но я не настолько всесилен, как тебе кажется.

Воин повернулся и пошел к обочине, развернув копье, освобождая тем самым пространство и давая им возможность выбраться из толпы.

Воинский лагерь стоял на холме недалеко от дороги. Несколько десятков шатров располагались правильным кругом и около каждого был разожжен костер. У огня сидели изнуренные долгим маршем воины, в глазах их была усталость и тоскливая готовность к смерти.

Их привели к большому шатру, стоящему в центре. Седой воин с мечом на поясе тяжело встал с расстеленного ковра и поднял руку в приветствии. Кир молча поклонился в ответ.

Воин несколько мгновений внимательно вглядывался в его лицо.

— Я — сотник армии Гневного Леопарда, — сказал воин. — Моя сотня осталась последней из легиона, расположенного здесь. Мой долг задержать врага, вторгшегося в наши земли, пока не подойдет новый легион. Это не твоя война, чужеземец, но ты вооружен, и у тебя лицо воина.

Сделай свой выбор, чтобы у твоей дочери появился шанс остаться в живых. Присоединяйся к моей сотне, чтобы встретить смерть лицом к лицу, как подобает воину.

Кир посмотрел на него холодным и оценивающим взглядом, потом сказал:

— Если ты хочешь, чтобы я помог вам, тебе придется передать командование мне. Там, где я живу, мое звание соответствует званию десятитысячника, если такое существует у вас.

Сотник ответил ему таким же оценивающим взглядом и тихо ответил:

— Мои люди не пойдут за тобой.

Кир угрюмо усмехнулся:

— А ты? Ты пойдешь?

Сотник гневно сжал рукоятку меча так, что побелели пальцы.

— Я пойду за любым, кто даст надежду остаться в живых хотя бы части моих людей и хоть ненадолго остановит врага.

Кир грустно усмехнулся:

— С этого момента я беру управление на себя и принимаю ответственность за людей, находящихся здесь, до тех пор, пока не погибну или не исчезнет эта конкретная опасность. Ты становишься моим заместителем и отвечаешь передо мной за дисциплину и за снабжение.

Сотник недоверчиво покачал головой:

— Я согласен, но если ты предашь или струсишь, я сам убью тебя, и смерть твоя не будет легкой.

Кир, стоявший в трех метрах от него, плавно перетек к нему и прижал к его горлу его же кинжал, вытащенный из ножен.

— Ты сможешь попробовать, — сказал он холодно, — но не обещаю, что это будет легко.

Сотник только сейчас попробовал вытащить меч и остановился, почувствовав жесткую руку Кира на запястье.

Папа, сначала ты его озадачил, а теперь напугал. Он не понимает, что вокруг него происходит, в его голове сплошная путаница из обрывков мыслей, я ничего не могу услышать. Дай ему время прийти в себя.

Кир согласно кивнул, сунул обратно в ножны сотника кинжал, отошел и сел на ковер.

Папа, ты никогда не говорил, что ты был десятитысячником.

— Это было давно, дочка, задолго до твоего рождения.

Сотник наконец начал приходить в себя. Он хлопнул по ножнам кинжала, убедился, что кинжал на месте, и спросил хриплым от пережитого волнения голосом:

— Как ты это сделал, чужеземец? Ты невероятно быстр… Если ты такой же мудрый, как и быстрый, командир, то у нас, пожалуй, есть шанс.

Кир устало кивнул.