Читаем Игра сэра Валентайна полностью

   Тем временем вторая и третья линии атаки Желтых повязок продолжали выполнять разработанный до начала боя план. Третья линия совершила резкий поворот, пытаясь обойти впередиидущие корабли с флангов (что получалось не очень, поскольку они, по непонятной для шаньюйев этой линии кораблей причине, остановились не все, хотя должны бы уже были связать противника абордажем), а суда второй линии -- втискивались в пространство между кораблями первой линии, что тоже получалось не всегда, поскольку многие из них пытались маневрировать совсем не по плану, что привело к ряду таранов своих своими же.

   Ведомый тай Сапумом, сохранявшем выражение лица каменного идола, "Имладоние" выскочил из клубов дыма, которые ветер нес в его сторону с пылающего "Тай-пэна", прямо на встречу одномачтовой джонке, втрое меньшей чем галеас имладонцев. Проходя мимо так удачно обойденных кораблей, "Имладоние" дал залп зажигательными снарядами с обоих бортов, увеличивая хаос и неуклонно продолжил двигаться на пирата из второй линии.

   Видя, что столкновения избежать невозможно, Желтые повязки начали прыгать в воду -- таран корабля такого класса был для одномачтовой джонки смертелен.

   -- На вашем месте, Валентайн-бей, я бы за что нибудь ухватился. -- флегматично посоветовал Рустам-рейс.

   В этот момент неподалеку послышался грохот и треск -- уклонившись от тарана галеаса трехмачтовая джонка первой линии нос-в-нос столкнулась с тяжелой имладонской галерой "Авни-Тарк".

   -- Сигнальщики! Второй линии идти в кильватер прорвавшимся! -- успел скомандовать Мидар-паша до того, как "Имладоние" вздрогнул, остановился и вздыбил нос, раздирая на щепки своим тараном джонку Желтых повязок, так неудачно для себя выполнившую приказ Великого Кормчего.

   Сэра Валентайна, не успевшего внять мудрому совету капитана флагмана, инерцией бросило вперед и пребольно приложило о защищающий мостик щит и фальшборт.

   -- Греби! Греби!!! -- проорал Байасит.

   Весла вновь ударили по воде, и незадачливый пират на таране имладонца просто развалился.

   Конечно же, прорваться для атаки второй линии удалось далеко не всем имладонцам -- кто-то увяз в абордаже, кто-то получил удар острым штевнем в борт, капитан искалеченного "Эфенди" просто позволил одному шестимачтовому хунг-ту сцепиться с собой намертво абордажными крючьями, и поджег себя, однако семь из пятнадцати кораблей первой линии -- галеасы "Имладоние", "Пардус" и "Мухарем-бей", тяжелые галеры "Низамие" и "Капудания", а также галеры "Фазлы-Тарк" и "Меабуд" прорвались сквозь строй сильных кораблей противника, раскидали корабли второй линии и провели за собой вспомогательные галеры и каперов, хотя один из них, каррак "Селафаил", не смог уклониться от встречи с пиратами и был взят на абордаж сразу тремя противниками.

   Корабли противоборствующих сторон расходились, дабы перестроиться и вновь устремиться к месту свалки, где семь имладонских кораблей отчаянно дрались в абордаже с дюжиной пиратов, и если бы половина неприятельских экипажей не высадилась на берег, возвращаться туда имладонцам смысла не имело.

   Напоследок, в качестве прощального подарка, галеасы и хунг-ту дали залп из кормовых катапульт. Выстрел "Мухарем-бея" пропал втуне, зато каменное ядро с "Пардуса" проделало сквозную дыру в бортах двухмачтовой джонки, а огненный заряд с "Имладоние" угодил в борт почти погасившего пожар "Тай-пэна".

   Покуда смешавший порядки флот Желтых повязок разворачивался и перестраивался для контратаки, Мидар тай Зарив бросил легкие корабли, которые, благодаря веслам, могли плевать на румб ветра и даже на его отсутствие, на выручку сцепившимся с пиратами судам бар-заленской эскадры. Подоспевшая подмога смогла выручить пять из семи кораблей первой линии -- команда галеры "Дамиад" не смогла противостоять разом двум трехмачтовым джонкам и пошла на дно, когда стало понятно что захватчикам тоже не устоять, а "Эфенди" пылал вместе с флагманом одного из фубо цзянюней. Впрочем, большинство матросов и офицеров с обоих кораблей смогли спастись, и теперь имладонцев из воды вылавливали, а пиратов добивали стрелами, баграми и веслами.

   Три джонки вырвались тз общей свалки, перерубив канаты абордажных кошек, однако совмещенным огнем подошедших кораблей первой линии одна из них была потоплена, а вторая - серьезно повреждена и потеряла две из трех мачт.

   Покуда Великий Кормчий перестраивал свои порядки в некотором отдалении, Мидар-паша поджег трофейные корабли, и на ходу выстраивая прошлый строй в две линии, двинулся к Бар-Залену, имитируя отступления, попутно, с помощью сигнальщиков, принимая отчеты от капитанов о повреждениях и потерях.

   Потери от обстрела из луков и абордажей были ужасающими -- на кораблях было выбито от трети до половины команд, однако боевой дух имладонцев не был сломлен. Как читал в каком-то трактате сэр Валентайн, невзирая на потери имладонские моряки продолжали биться до тех пор, покуда в строю находился их флагман. Однако если даже в начале боя, когда потери сравнительно невелики, флаг командующего эскадры падал, имладонцы обращались в паническое бегство.