— Ну смотри, сам напросился, — улыбнулся Мотя. — Что является самым мощным и безотказным инструментом по управлению людьми? Как говорил Конфуций: «Остерегайтесь тех, кто хочет вменить вам чувство вины, ибо они жаждут власти над вами». Самый лучший инструмент для управления человеком — чувство вины. Человек, чувствующий себя виноватым, признаёт за другим человеком право управлять собой. Признаёт за другим человеком право диктовать себе правила. Оттого чувство вины и является столь дорогим и желанным товаром управленцев всех мастей и рангов. И оттого чувство вины так усердно насаждается в умы и сердца людей через всевозможные учения на самом высоком уровне, где ты априори «виноват» и постоянно «должен» чего-то там искупать и за что-то просить прощения. Чувство вины — мощнейший инструмент по подавлению воли человека. Человек, чувствующий себя виноватым, ни на что не претендует и ничего не требует. Он лишь соглашается на всё подряд и громоздит на себя любую ответственность. Такой человек удобен и безопасен. А представь, что будет, если дать людям свободу. Свободу от чувства вины. Рассказать им правду об их полноправном владении своей жизнью. Рассказать правду о свободе выбора и способности изменять жизнь окружающего пространства по своему усмотрению. Что никакие социальные иерархические ранги, статусы, регалии и звания ничего не значат в рамках этого процесса. Что другой человек суть лишь такой же человек, как ты, существующий в пространстве эфира. Неужели такая идея может быть нужна хоть одному крупному источнику финансирования? Или, может быть, какому-то государству нужна идея свободы своих граждан? Только если в страшном сне! Государственная машина заинтересована в подавлении воли и насаждении чувства вины через красивые лозунги о долге и патриотизме. Государственную машину интересует внедрение в головы своих граждан одной-единственной мысли: «Ты должен, потому что ты виноват». Должен — по гроб жизни и виноват — от рождения. Никто не будет финансировать опровержение таких тезисов… И второй, но не менее сильный инструмент по управлению людьми — это внушение человеку его бессмысленности и ничтожности, от которых у него опускаются руки и любая инициатива сходит на нет. И не только инициатива, но и любое противостояние собственному разложению и уничтожению. Как говорил Достоевский: «Очень немного требуется, чтобы уничтожить человека: стоит лишь убедить его в том, что дело, которым он занимается, никому не нужно». И классический научный подход, в котором человек представляет собой случайно появившееся и бесцельно существующее бессмысленное ничтожество, в этом плане подходит, как никогда, кстати. В такой парадигме действительности никакое действие и никакие замыслы не имеют значения. Поэтому никто не будет оплачивать изменение мышления удобного и бессмысленного лакея и создание из него неудобного и целеустремлённого творца своего усложнения. Человек — это бессмысленный, случайно появившийся кусок материи, обязанный своему господину за всё, что имеет? Это удобно, и за это выгодно платить. Человек — это стремящаяся к гармоничному усложнению совокупность материи, всецело распоряжающаяся своим свободным выбором? Это неудобно, и за это платить невыгодно. Вот тебе и ответ. Общественное принятие факта наличия материальности мысли ставит всех людей в абсолютно равные условия и противоречит всем имеющимся социальным градациям и иерархиям. Людям, обладающим властью, сложно будет играть в боссов и королей и придётся признавать факт полноценности всех остальных людей. Общественный резонанс на такую новую социальную константу, как «материальность человеческой мысли», крайне сложно объективно просчитать и почти невозможно спрогнозировать модели поведения людей. Отсюда и нежелание серьёзных источников финансирования поддерживать публичные исследования на тему дистанционного воздействия на материю окружающего пространства. Задача любого государства — управляемость населения и прогнозирование его поступков. Надеюсь, ты не станешь возражать, что в ведущих государствах существуют институты, формирующие «правильные» идеологии и прогнозируемые модели поведения своих граждан. В этой связи ожидать корректно представленных сведений касательно материальности мысли от официальной науки в обозримом будущем не приходится. Нет надежды даже на перспективные теории современной физики, которые, с большой долей вероятности, будут представлены общественности в крайне искажённом либо в вовсе некорректном виде.

Глава XXXII

Визуализация