Читаем Игра Льва полностью

– Понимаете, сэр, если ветер будет попутным, а по прогнозу именно так, то до Макартура мы долетим часа за три с половиной. – Сатеруэйт посмотрел на часы. – Так что приземлимся где-то в половине девятого. Вас это устраивает?

– Да, вполне. Нам надо будет по пути дозаправляться?

– Нет, у меня установлены дополнительные баки, так что топлива хватает на семь часов полета. Мы дозаправимся в Нью-Йорке.

– А вам не трудно будет садиться в темноте? – спросил Халил.

– Нет, сэр, это хороший аэропорт, там взлетают и садятся даже реактивные самолеты. И потом, я опытный пилот.

– Очень хорошо.

Сатеруэйт подумал, что контакт с пассажиром налажен, и улыбнулся. «Апач» подрулил к началу взлетной полосы. Сатеруэйт взглянул в лобовое стекло и увидел, что самолет с учеником заходит на посадку при боковом ветре, но, похоже, парень не испытывал при этом никаких проблем. Кивнув в сторону «чероки», он пояснил:

– Это мой ученик, парень сообразительный, но ему не хватает смелости. Американские юнцы какие-то слишком мягкотелые. Им требуется хорошая встряска, они должны стать убийцами и почувствовать вкус крови.

– Зачем им это?

– Я бывал в бою и могу сказать вам, что, когда в небе полно зенитных ракет, когда они пролетают рядом с твоей кабиной, действовать нужно быстро и решительно.

– Вам приходилось испытывать такое?

– Много раз. Так, все, закрывайте дверцу.

Сатеруэйт проверил показания приборов и оглядел аэродром. На поле находился только «чероки», но он не мог помешать взлету. Сатеруэйт прибавил газ, и самолет начал разбег. Когда больше половины взлетной полосы осталось позади, «апач» оторвался от земли. Продолжая набор высоты, Сатеруэйт вывел самолет на нужный курс.

Халил выглянул в окно и посмотрел на зеленый покров, расстилавшийся внизу. Он чувствовал, что самолет не так уж плох, как выглядел, да и пилот им управлял опытный.

– В какой войне вы участвовали? – спросил он у Сатеруэйта.

Сатеруэйт сунул в рот пластинку жевательной резинки.

– Да во многих. Большая война была в Персидском заливе.

Халил знал, что этот человек не воевал в Персидском заливе. На самом деле Халил знал о Сатеруэйте больше, чем тот сам знал о себе.

– Хотите жевательную резинку? – предложил Сатеруэйт.

– Нет, спасибо. А на каких самолетах вы летали?

– На истребителях, на штурмовиках, заканчивал на F-111.

– Вы можете рассказать мне про этот самолет? Или это военная тайна?

Сатеруэйт рассмеялся.

– Нет, сэр, никакая это не тайна. Это старый самолет, можно сказать, что он давно уже в отставке, как и я.

– Скучаете по военной службе?

– Ничуть не скучаю. На службе все строго по распорядку, а это утомляет. Господи, сейчас даже женщины летают на боевых самолетах. Я и подумать о таком не мог. И эти сучки создают массу всяких проблем со своими заявлениями о сексуальных домогательствах... простите, не сдержался. А какие женщины там, откуда вы приехали? Они знают свое место?

– Очень хорошо знают.

– Отлично. Может, я приеду туда, где вы живете. Сицилия, да?

– Да.

– А на каком языке там говорят?

– На диалекте итальянского.

– Надо будет научиться. Вам там пилоты нужны?

– Разумеется.

– Отлично. – Самолет набрал высоту пять тысяч футов, солнце теперь светило им в спину, и впереди открывался прекрасный вид. Сатеруэйт подумал, что попутный ветер позволит им долететь до места назначения даже раньше, чем он рассчитывал. В глубине души он чувствовал, что авиация для него гораздо больше, чем работа. Это встреча совсем с другим миром, и, находясь в небе, он чувствовал себя гораздо лучше, чем на земле. – Я скучаю по боевым действиям, – неожиданно признался он пассажиру.

– Разве можно скучать о таких вещах?

– Не знаю... но я никогда так хорошо не чувствовал себя, как в бою, когда вокруг пролетают «трассы» и ракеты. Наверное, если бы в меня хоть раз попали, я бы не наслаждался боевой обстановкой. Но эти тупицы вообще в небо-то с трудом могут попасть.

– Какие тупицы?

– Ох, ну, скажем, просто арабы. Уточнять не могу.

– Почему?

– Военная тайна. – Сатеруэйт рассмеялся. – Не сама операция... а ее исполнители.

– Почему? – продолжал допытываться Халил.

Билл Сатеруэйт взглянул на пассажира и ответил:

– Такова политика правительства: держать в секрете имена пилотов, принимающих участие в бомбардировках. Правительство считает, что эти тупоумные погонщики верблюдов могут приехать в Америку и отомстить. Чушь собачья. Однако знаете, капитан из Винсенса... ну, который во время войны в Персидском заливе случайно сбил иранский авиалайнер... так вот, кто-то подложил ему бомбу в машину. Ужас какой, во время взрыва едва не погибла его жена.

Халил кивнул. Он был прекрасно осведомлен об этом случае. Иранцы этим взрывом продемонстрировали, что они не приняли объяснения или извинения.

– Убийства приводят к еще большим убийствам, – промолвил Халил.

– Вы так считаете? Правительство тоже думает, что эти тупицы могут быть опасными для наших храбрых воинов. Черт побери, а мне наплевать, если кто-то узнает, что я бомбил арабов. Пусть приезжают поглазеть на меня. Их ждет достойная встреча.

– Да... вы носите оружие?

Сатеруэйт бросил взгляд на своего пассажира.