Читаем Игра Богов полностью

Гофман вздохнул и улыбнулся, посмотрев на певицу теплым снисходительным взглядом, каким смотрят только на маленьких непослушных детей или очень пьяных взрослых.

– Мадемуазель Лепрэнто! – сказал капитан. – Бросьте вы свой алкоголь! Давайте я заварю вам чаю с медом и лимоном. Тепло, полезно и безопасно! Не удивительно, что после этого… виски, вы выливаете на себя флакон Шанель!

– Чаю? С медом? – переспросила певица и, все еще не понимая, в чем кроется подвох, плюхнулась на кровать. – Жюлли! А ну-ка вылезай оттуда! Ты сейчас идешь пить чай с мамочкой!

На этом прекрасном моменте мои нервы не выдержали, и я, пытаясь шуметь и кряхтеть как можно меньше, перелез на балкон своей комнаты. Широкие бежевые жалюзи были плотно закрыты: очевидно, горничные все-таки прорвались в мой номер и повесили карниз на место. Андрэ приложил палец к губам и жестом остановил меня до того, как я рванулся открывать дверь. Что-то было явно не так. Я прислушался: из номера доносились громкие удары и вопли. Я пытался рассмотреть, что происходит внутри, но тщетно: восходящее солнце светило мне в спину, отражаясь от стекла и пуская зайчики мне в глаза. Должно быть, корабль снова изменил свой курс, раз и утром, и вечером солнце нагло смотрело мне в окна.

– Что там происходит? – шепотом спросил я Андрэ. – Меня грабят?

– Эм… нет, – покачал он головой, – кажется, там… Селеста и Федерико. Они…

– Что?! В моем номере! – возмутился я, готовясь выбить балконную дверь голыми руками; на счастье хозяина лайнера, она оказалась не заперта. – Проклятые извращенцы!

– Да тихо ты! – зашипел мальчишка, хватая меня за руки. – Пригнись и смотри!

Я, скрипя зубами, послушно прильнул к стеклу в том месте, где в жалюзи была самая широкая щель. Андрэ так и не смог меня оттащить ни на миллиметр, и ему пришлось приоткрыть балконную дверь, чтобы что-то увидеть. Тут же раздался громкий стук металла о металл, топот ног, охи и вздохи.

– Смотри на сталь! Следи за оружием! – кричала Селеста в перерывах между ударами. – Он может быть в любой руке! И в любой момент!

Девушка была одета лишь в темный кожаный топик и такие же короткие шорты. Ее вид мигом напомнил мне, как она столкнула меня с лестницы в аквапарке. В ее руках был небольшой, словно игрушечный, меч, светящееся белое лезвие которого подозрительно повторяло очертания ее маленького клинка Витаниса. Федерико же дрался обычной кривой саблей. Ну, не совсем обычной, конечно же: ее рукоять была позолочена и усыпана драгоценными камнями. Однако это нисколько не помогало парню в бою, и если Рико двигался так быстро, что у меня закружилась голова, то Селеста всегда была на шаг впереди, отражая своим коротким мечом даже самые сильные и ловкие удары. В свете утреннего солнца ее светлые волосы разлетались золотым дождем по стройным плечам. В левой руке девушка держала аппетитный спелый персик, который время от времени успевала кусать, то и дело вставляя нужные замечания:

– Стой боком – так по тебе попадет меньше ударов! Смотри на мой меч, а не в глаза!

Рико ее не слушал. Широко улыбаясь и скрипя зубами от усилий, парень наносил удар за ударом. Его темно-русые волосы были затянуты в крепкий хвост, одинокая длинная прядь падала на лоб. От длинных усов и густой бороды не осталось и следа: кажется, Селеста побрила его лично. Парень был одет в широкую белую рубашку, чистые темно-серые вытертые джинсы и стоптанные кроссовки. Все по последней уличной моде.

Кривая сабля Рико просвистела прямо над головой блондинки, и та еле успела пригнуться:

– Прости, я не хотел! – оправдывался парень, тут же делая выпад и целясь острием девушке в правое плечо. Снова мимо.

Андрэ открывал балконную дверь все шире и шире, я стоял за его спиной. Противники нас совершенно не замечали. Зато я не мог не отметить, в каком плачевном состоянии находится мой дорогущий номер: кровать расправлена, одеяло порвано, мебель и стены поцарапаны, ночник сломан. Да я в жизни не расплачусь за такой погром! Они что сдурели? Тем более что в соседнем номере полицейский!

Горя от негодования, я настежь распахнул балконную дверь; яркий солнечный свет попал прямо в загорелое лицо Федерико. Он резко отшатнулся в сторону, словно его ударило током. Острое лезвие Селесты по инерции проскользнуло по правому плечу парня, на белоснежной рубашке которого вспыхнула яркая алая полоса. Кривая сабля выпала из его рук, со звоном процарапав новенький паркет на самом видном месте.

– Мой брат! – закричал Андрэ, врываясь в номер.

– Моя комната! – вторил я, в уме оценивая размер материального ущерба.

Селеста резко обернулась, и, уставившись на меня, сначала тихо, а затем громко захохотала:

– Лео, где же ты потерял свои штаны? На минуту нельзя одного оставить!

– Они были мокрые, – покраснел я, вспоминая сцену в лифте, – мокрые от крови!

Андреа пытался снять с брата рубашку, дабы собственноручно исследовать рану. К счастью, крови было немного, точнее, ее почти совсем не было, словно кто-то начертил красным маркером полосу на ткани.