Читаем Иерархия полностью

В итоге на смену политическому плюрализму приходит объективно обусловленная тяга к авторитаризму, то есть сосредоточению реального политического влияния, одной, максимум двух партий, не слишком отличающихся друг от друга в подходе к ключевым аспектам развития страны. Это не вопрос чьей-то злой воли, а объективный вызов времени, если хотите – историческая потребность.

После поражения коммунистической идеи в глобальном состязании за выбор магистрального пути исторического прогресса возникла ситуация, когда хрестоматийно знаменитые диалектические витки исторической спирали вдруг обернулись лентой Мёбиуса: с чего ни начни, тем же самым и закончишь – собственность, капитализация, производство, товар, рынок, прибыль. Это обстоятельство радикальным образом изменило политический ареал существования партий. Если идея на всех одна, то и судьба одна. Бороться теперь приходится не за право реализовать собственную концепцию развития, а всего лишь за право внести свой вклад в повышение эффективности уже утвердившейся модели.

Соответствующим образом изменился и характер власти, принципы её кадрового комплектования. Функциональное предназначение власти упростилось: открылась возможность решать управленческие задачи без оглядки на интересы второго, третьего, четвёртого, тем более пятого порядка. С одной стороны, это привело к рационализации системы управления, с другой – отсекло власть от общества. Это есть План Нового Мирового порядка (НМП).

План Нового Мирового Порядка на деле есть не что иное, как набор информационных технологий, направленных на установление глобальной диктатуры Запада. В области геополитической НМП прочно увязан с «глобальной стратегией» США и с атлантическим Большим Пространством, которое мыслится как его главная территориальная опора, своеобразная «метрополия» всемирной колониальной империи. Здесь будут сосредоточены «высокоорганизированные пространства» так называемого Торгового Строя, где власть измеряется количеством контролируемых денег, ставших единым эквивалентом, универсальной мерой всякой вещи.

На идеологическом, а также и на политическом уровне, тот, кто определяет, истолковывает и проводит в жизнь политические идеи, обладает силой решать, есть ли мир на земле, определяет, что есть международный правопорядок и безопасность. Идеи господствующего государства становятся господствующими идеями на международном уровне. Caesar dominus est supra grammatican: Цезарь царь тоже грамматики. Империализм всегда создает юридические и политические понятия которые служат ему. В этом воистину выражается политическая власть и принцип гегемонии, когда нация гегемон устанавливает, как и о чем думать, словарь, терминологию и концепции других народов.

Сущность империализма не только военные завоевания и экономическая эксплуатация народов, но также и силовое определение и установление смысла политических и юридических понятий. Наверняка можно считать, что народ только тогда завоеван, когда он без протеста воспринимает иностранную лексику и политические идеи, чуждые ему концепции права, в особенности международного права.

Наш империализм в области культуры, есть оборотная сторона экономического империализма – это тирания «навязанных ценностей». Он может быть приравнен к военному вторжению или, цитируя Клаузевица, вторжение идей американской политической теологии есть, подобно дипломатии, «продолжение войны иными средствами», средствами идеологии. Информация в постиндустриальном обществе только кажется опорой независимости человека. Но ещё Бодрийар сказал, что массам не важен смысл информации – лишь её наличие. Человек стремится обрести свою индивидуальность, стать свободным, но при этом обычно не выходит за рамки виртуальной реальности, в которой живёт. Эта реальность – доминирующий дискурс, формат общественного сзнания.

«Гуманизм» был уже первой формой того, что стало современной «светскостью»; и желая все свести к мерке человека, принять в качестве цели его самого, закончили тем, что этап за этапом спустились на уровень, самый что ни есть низший, и тем, что больше ни к чему не стремились, кроме удовлетворения потребностей, присущих материальной стороне его природы, стремлением, конечно, иллюзорным так как оно создает все время больше и больше искусственных потребностей, которых не может удовлетворить. Гуманисты были нашим орудием, и хотя сами это смутно осознавали («Благими намерениями вымощена дорога в ад») – но не могли свернуть с пути, который мы им выстроили.

Этот путь мы строим в виде характера межличностной коммуникации, который определяется заказами власти. Когда становится невозможным более управлять народом с помощью старых идей, вбрасывается новая тема для дискуссии на тему сущности человека. Сейчас идея божественного происхождения человека окончательно побеждена идеей Дарвина о выживании сильнейшего, и соответственно изменился характер коммуникации между людьми. Теперь каждый сам за себя.