Читаем Йенгангер не дышит полностью

Произнеся несколько слов гортанным, смутно похожим на человеческий голосом, вскинул руку и щёлкнул пальцами. Лиловые огоньки весело заплясали, охватив мою кисть, а стоило только коснуться обледеневшей поверхности, пламя тут же змейками расползлось по льду, послышалось шипение, и на землю начали стекать ручейки талой воды.

Первое, что я увидел, оказалось ликом – вырезанные в камне черты лица нельзя было назвать добрыми или злыми. Но в тоже время появилось какое-то странное чувство, что я уже когда-то их видел. Нет! Не видел, слышал голоса тех, кому могли принадлежать такие лики.

– Ничего не бойс-с-ся, – принес ветер выдох, как треск пылающего огня. – За Янас-с-срундом будет лететь Иданнр. Иди только вперёд, иначе замёрзнеш-ш-шь. Ис-с-скры в груди с-с-согреют, помогут, оживут…

Глаза на мгновение ослепило белой вспышкой, а потом, глянув в даль, я отшатнулся назад и замер. Вся браннахльдская дорога аж до Соук-Икке-Соуке во льдах светилась и горела лиловым пламенем, поднимавшимся из каменных столбов. На каждом столбе – лицо. И смотрело оно угрюмо и сурово.

– Не удерживай Ис-с-скры, – продолжал шептать ветер-огонь, – пролетишь мимо – отдай идолам. Мы не пус-с-стим Иданнра по твоему следу. А за ледяным озером разложи огромный кос-с-стёр – прямо перед Гьялларбрёстом…

– Но я не знаю где он! – возразил я.

– Молчи! – сверкнули загоревшиеся лиловым огнём глаза. – Узнаеш-ш-шь, когда придёт время. Пламя с-с-спрячет, дым укроет, Янс-с-срунд обгонит…

Поднялся сильный ветер, идолы исчезли, но тот, возле которого я стоял, всё ещё говорил:

– Гони до Гьялларбрёста, но перед ним – остановис-с-сь.

– Почему? – говорить стало сложно.

– Рано… – выдохнул он. – Рано умирать, Пос-с-средник…

Ладонь обожгло, вскрикнув, я быстро убрал руку. Ветер тут же затих, каменные черты лица идола вновь начали покрываться льдом.

Неуверенно сделав шаг назад, я задумался. Вот как. Значит, не нужна победа, нужна хитрость. Если Гьялларбрёст и впрямь ведёт по ту сторону Мрака, то туда Янсрунду и дорога.

Криво усмехнувшись, я подошёл к Аяну и взял его за поводья.

– Погуляли и хватит. Пошли.

Конь покосился на меня и фыркнул.

– Покормлю тебя вкусно, клянусь Леле Славной.

Всё вокруг вдруг замерло, леденящий ужас пробрал до костей.

Будто ледяные пальцы с какой-то свирепой нежностью коснулись моих волос.

– Сегодня… – прозвенел льдинками морозный воздух, а по моей спине пробежали мурашки. – За час до рассвета я приду за тобой, Оларс.

Глава 6. Гьялларбрёст

– Думаешь, что всё удастся? – спросил Сверре, глядя вслед унесшимся на конях Рангрид и Йорду.

– Должно, – ровно сказал я. – Иного выхода нет.

Браннхальдец перевёл взгляд на меня:

– Мои друзья помогут им с костром, но игры с богами никогда не заканчивались добром. Особенно для тех, кто с ними осмелился играть.

Я усмехнулся и, подняв голову, глянул на звёзды. Прав ты, кузнец, только мне дороги назад нет, поэтому и отступать не подумаю.

– Езжай, Сверре. Лучше будь рядом с Рангрид и своими. Не нужно, чтобы Янсрунд тебя видел.

– Думаешь, он не знает наших замыслов? – послышался смешок.

Я пожал плечами.

– Может. Только Повелители Холода растеряли часть своего могущества. Да и не дерзил им никто уже очень долго. Что ж, будем полагаться на удачу и Госпожу Луну.

На мгновение показалось, что звёзды дрогнули и замерцали ярче, а потом вдруг слились в сияющие ручейки, перетекая друг в дружку. А потом зазмеились, сплелись и замерли. Откуда-то ветер принёс тихий вздох. Неожиданно я понял, что звёздная фигура напоминает птицу – распахнутые крылья, длинная изящная шея, грациозное тело. Озарение пришло в тот же миг: лебедь! Лебедь Госпожи Зимы!

Сверре уже вскочил в седло и внимательно смотрел на меня:

– Ты уверен?

– Уверен. Езжай!

Не став спорить, кузнец пришпорил коня и помчался вслед за уже скрывшимися из виду Рангрид и Йордом.

Полночно-чёрный камень в моём перстне, казалось, вобрал всю тьму ночи.

– Ну, оберег Посредника, – шепнул я, коснувшись его губами и ощутив чуть покалывающее тепло. – Не подведи.

Огонь малых богов и холод кудесников – это хорошо, но всё равно я доверял только той магии, к которой привык. Ну, и костяному целебнику на груди. К нему хоть и не привык, но к богам янтарь не имел отношения. А значит – силы у него другие.

Было холодно. Я стоял, сложив руки на груди. Что простой холод зимы тому, кто потерял часть жизни?

Плащ, подбитый мехом, остался в доме Сверре и Лив. Рубаха с ванханенским узором, штаны из кожи и сапоги – вот и весь наряд. Да волосы стянуты за спиной тонким ремешком – не дело им среди бешеной скачки на ветру развеваться. А Повелитель Холода-то запаздывает.

Слева раздался рев, воздух замер, ещё чуть-чуть и покроется чудным узором, что мороз рисует на окнах.

Резкий звон бьющегося стекла. Но вскоре я понял, что это всего лишь крик Янсрунда, потому что тут же поднялся ветер, закружил мириады снежинок, впился ледяными иглами в моё лицо и руки.

Но только ни шагу с места. Коль хочет пугать – пусть пугает, виду не подам, спрятаться не попытаюсь.