Читаем Идущие на смерть полностью

«Леший» насторожился, девушка тяжело захрипела. Травкин неумело размахнулся ножом и вонзил лезвие в бедро противника. Все-таки ученый был сильным человеком, тупой столовый нож впился на две трети лезвия, брызнула струйка темной крови. Одновременно болонка сорвалась с поводка и кинулась на врага. Острые зубки впились в щиколотку. Все решали доли секунды. Прыжок капитана длился чуть дольше, но он успел оттолкнуть Люду и вцепился в горло Черному. Обнаженная красавица эффектно прокатилась по полу, к ней тотчас кинулся Травкин. Маруся издала предсмертный всхлип. На лестничную площадку выскочили разбуженные соседи. Триллер трансформировался в бытовую заварушку, если не считать того, что основные участники сцены обладали уникальными способностями. «Леший» оказался весьма силен, несмотря на хрупкое телосложение. Он высвободился из захвата, подскочил к окну и вынес фрамугу. Брызги стекла заискрились в солнечных лучах, как радужные осколки хрусталя. Рама повисла на одной петле. Взлохмаченный сосед в пижаме нарисовался в дверном проеме, похожий на провинциального спивающегося Пьеро.

– Итить твою маковку! – отреагировал он.

Осколки битого стекла были раскиданы по асфальту, на окно вытаращился местный бомж. Две большие мохнатые собаки надсадно залаяли, повернув лобастые головы в сторону проулка. Очень быстр «леший» и очень ловок! До проулка было около сотни метров, он успел добежать и скрыться за поворотом. Люда тихонько застонала. Жива, и слава Богу! Травкин поспешно накрыл девушку одеялом, бабулька склонилась над поверженной болонкой и тихонечко заплакала. Человек в пижаме подскочил к Сергею.

– Ты видел, мать его так! Ты видел, как он рванул с третьего этажа?! Окно вдребезги, мать его так!

– Как рука?! – отрывисто бросил Авдеев.

– Напополам… – пошутил ученый. – Чувствую себя бабой. Меня постоянно защищают, оберегают, будто постоять за себя не могу!

– Можешь! – серьезно кивнул Сергей. – Ты настоящий герой, парень! Что застыл, как инспектор на пожарище? – гаркнул он на соседа. – Мигом вызвать скорую! Приказ ясен?!

– Так точно! – Человек отдал честь и бросился к телефону.

Авдеев без разбега выпрыгнул в разбитое окно.

* * *

Он свернул в проулок, дальше виднелся тупик, заканчивающийся высоким строительным забором. На краю оврага отпечатались глубокие следы. «Леший» выбрался наружу, обежал котлован и в настоящий момент скрывался в заброшенном ангаре цементного завода. Вероятно, он бывал уже здесь раньше, Сергей вспомнил на брючине седые пятна сухого раствора.

«Твоей наблюдательности можно позавидовать, коллега!»

«Заткнись!» – отрезал Сергей.

Наступило утро. Скоро мирные граждане начнут выбираться на улицы. Детишки бегают по парку, на них кричат мамаши. Старая как мир история. А на берегу живописного пруда валяется труп мужчины со свернутой набок шеей. «Пятнистый оборотень». Авдеев остановился у входа в ангар. Распахнутые настежь ворота, прогорклый запах застывшего цемента. Внутри тихо, но «леший» там. Он шагнул вовнутрь, засохший гравий скрипнул под каблуком, силуэт человека маячил наверху, под сводами ангара. Как летучая мышь, он вцепился в стальные переборки, следя сверху за противником.

– Спускайся вниз, коллега!

Сергей неторопливо снял пиджак, расстегнул рубашку. Нечто подобное он видел в красочном боевике. Финальная часть – схватка героев. Тысячу раз прав был писатель, когда утверждал, что отдельные события нашей жизни напоминают фрагменты киноленты.

«Леший» сиганул с высоты десятка метров. Авдеев не ожидал такого прыжка и оказался сбит с ног. Он быстро сгруппировался, вскочил на ноги и медленными шажками обошел воображаемый периметр поля битвы. Кровь била ключом в разгоряченной голове, мышцы свело от лютого желания бить, кромсать, рвать на части. На обнаженной груди выступили крохотные капельки пота.

«Нам нравится убивать, вот в чем секрет!»

…Кармазин очнулся, во рту застыл мерзкий привкус спекшейся крови. Теряя сознание, он прикусил губу. Он поднялся на ноги, голову пронизала чугунная резь. Крепко этот отморозок его приложил! Возле него хлопотал молодой боец. Кармазин, пошатываясь, подошел к людям. Лысый сержант взглянул на него с облегчением:

– Слава богу, жив!

– Что с прапорщиком?

– Убит! – Сержант отвернулся. Возле раскроенного черепа вытекла серая, с алыми прожилками, густая смесь. Белые кусочки дробленой кости походили на крошки извести.

– Вот мы и попили с тобой пивка, солдат! – прошептал Антон.

– Зато мы их прикончили! – сержант пытался спрятать мокрые глаза, отчаянно шмыгал носом.

– Третий ушел? – спросил Антон.

– Так точно! Ловкие они, собаки!

– Это уж точно… – Кармазин ощупал голову, на темени застыла кровянистая, подсыхающая корка. – Долго я был в отключке?

– Пять минут, не больше…

– Добро. – Он потянулся за рацией, нащупал в кармане острие ключа. – Не робей, военный! – с трудом подмигнул мальчишке. – Двоих мы прикончили, точно?

– Точно… – вздохнул сержант. Он не мог отвести взор от неподвижного тела прапорщика.

В коридоре послышался стук каблуков, сержант поднял калашников, сжал рукоять автомата.