Читаем Идеальный план полностью

— Не очень хорошо, — вздохнул он. — Я запомнил аромат ее духов, когда она приходила, чтобы поцеловать меня перед сном. Я помню ее смех. Мне было всего четыре года, когда она ушла. Все время я проводил с няней, поэтому уход матери не слишком сильно на мне отразился. Этьену было хуже. Ему тогда исполнилось одиннадцать лет, поэтому он, должно быть, лучше ее запомнил. — Филипп помолчал. — Этьен чувствовал себя брошенным, но приходил и часами играл со мной, чтобы я не скучал по ней. Вот таким был мой брат.

— Я не знала, что вы были так близки.

У Каро сдавило горло, когда она представила Филиппа маленьким. Внешне принц казался холодным и высокомерным. Прежде ей не приходило в голову, что Филипп использует такую тактику, чтобы никто не догадался о его одиночестве.

— Этьен был великолепным братом, — продолжал Филипп. — Отличным человеком. Нельзя винить моего отца за то, что он сожалеет, что Этьен умер, а я остался. Нельзя винить его за то, что он желал моей смерти.

— Какой ужас! — воскликнула шокированная Каро.

— Это правда. — Он посмотрел на нее, затем отвел взгляд. — Я виноват в том, что Этьен умер.

— Нет! — Каро машинально протянула к нему руку. — Это был несчастный случай. Мне рассказала Лотти.

— О да, это был несчастный случай, но он мог бы не произойти, не окажись я в тот день на озере, — мрачно промолвил Филипп. — Отец Лотти был наследным принцем, кроме того, был еще жив его брат, а у того было двое сыновей. Не было никаких оснований полагать, что я или Этьен когда-нибудь унаследуем трон. У моего отца был виноградник, а Этьен занимался бухгалтерскими счетами, но его это занятие утомляло. Брат как-то сказал, что завидует мне. Ему казалось, что я единственный, кто весело проводит время. Он говорил, что желает вести такую же жизнь, как я, но у него не хватает смелости. — Филипп обогнал еще один автомобиль. — Я пригласил его покататься со мной на водных лыжах, — с горечью произнес он. — Я предложил ему сделать хотя бы один раз то, что хочется ему самому, а не нашему отцу. Этьен послушался меня и погиб.

— Ты не виноват, — сказала Каро.

— Мой отец считает иначе.

— Он не прав. — Не раздумывая, она положила руку ему на плечо. Сквозь ткань рубашки девушка почувствовала, как напряглись его мышцы. — Этьен сам сделал выбор. Не по твоей вине он упал и погиб. Это был несчастный случай.

— Так говорит и Лотти. Она оказалась единственной, кто был на моей стороне, — заметил Филипп. — Отец даже не хотел пускать меня на похороны. Он обвинил меня в смерти брата, а вдовствующая королева Бланш убедила его отпустить непутевого сына на все четыре стороны, чтобы, как она выразилась, «соблюсти приличия». Сразу после похорон я улетел в Южную Америку. Мне было все равно, куда ехать, лишь бы подальше от Монтлюса… Мой отец мечтал избавиться от меня. Если бы не проблема престолонаследия, он не захотел бы снова увидеться со мной. Он никогда не сможет простить мне то, что Этьен погиб таким молодым, не успев жениться и обзавестись наследниками… По иронии судьбы мой брат оказался гомосексуалистом. — Филипп покосился на Каро. — Он был очень-очень скрытным, и отец так и не узнал об этом.

— Ты ему не сказал?

— Как я мог? Мое откровение причинило бы отцу страдания. Он считает Этьена идеальным. Я не собираюсь портить это впечатление. Моя откровенность не вернет брата. В любом случае он был лучше меня.

— Но почему ты не объяснишь отцу, что изменился?

— А кто сказал, что я изменился?

— Прежний Филипп не доставлял гуманитарную помощь, — напомнила Каро.

Он пожал плечами:

— Мой отец не скоро изменит свое мнение обо мне. Он неплохой человек, и если ему проще считать меня неисправимым, пусть остается при своем мнении.

— Я думаю, это несправедливо, — решительно заявила она. — Если они собираются сделать тебя регентом, то должны позволить тебе действовать так, как ты считаешь нужным.

— Многие живут и терпят несправедливость, Каро. Я видел, как люди пытаются обходиться без пищи и крова и выживают в нестабильной политической обстановке. Они не получают образования и медицинского обслуживания. У них нет питьевой воды. Вот где несправедливость, — сказал Филипп. — Вспоминая об этом, я думаю, что мне удастся выдержать несколько месяцев давления со стороны царственных родственников. Я использую это время, чтобы ознакомиться с тем, как работает правительство, а затем, когда получу возможность изменить ситуацию, я это сделаю. До тех пор мне придется лишь исполнять бессмысленные ритуалы.

Каро не сдавалась:

— Тебе будет невесело, не так ли?

— Да, — согласился Филипп, — но мы еще не приехали. — Он включил громкую музыку и усмехнулся, глядя на свою спутницу. — До границы осталось около часа езды. Давай воспользуемся временем и проведем его весело.

Каро понимала, что никогда не забудет эту поездку. Тополя, растущие по обеим сторонам дороги, отбрасывали тени, сквозь их кроны пробивался солнечный свет. Автомобиль Филиппа с ревом несся по трассе.