Читаем Идеальная мать полностью

Ей нужно было, чтобы Уилл перестал плакать и она могла спокойно подумать. Она прошла на кухню, с облегчением осознавая, что она наконец-то одна в квартире. Лоуэл повез мать в аэропорт. Последний раз Фрэнси ела вчера днем, от голода у нее кружилась голова, но еда в буфете ее не заинтересовала. Она открыла морозилку, достала пакет замороженной кукурузы и приложила к затылку. В квартире было невозможно находиться из-за жары, ей так хотелось включить кондиционер. Но утром Лоуэл тихонько попросил ее не включать его, чтобы сэкономить на электричестве, пока ей не заплатят за фотосессию, которой на самом деле не было.

— Нет, — еще громче сказала она.

Тело не нашли, значит, он мог быть жив.

В дверь подъезда опять позвонили, как это происходило постоянно в последние два часа. Журналисты требовали комментариев. Фрэнси звонила миссис Кэрен, квартирная хозяйка, она просила сделать что-нибудь, чтобы они убрались с крыльца и ушли, пожаловалась, что они разбили ей горшок с геранью. Фрэнси проверила телефон, ей не терпелось получить ответ от Нэлл и Колетт, она снова набирать сообщение свободным большим пальцем: «Я серьезно. Надо поговорить со Скарлет. Думаю, она поможет».

Уинни подумала, что та женщина, которая поливала цветы на балконе напротив дома Уинни, могла быть Скарлет. Она поначалу сомневалась, но вчера ночью, пока Лоуэл спал в их постели, а Барбара на диване, она заперлась в их душной ванной без окон и изучала тетрадь, которую хранила в ящике с бельем. Она пыталась понять, что же она упустила. Через полчаса она стояла голая под душем, на голову и шею ей капали обжигающе ледяные капли, волосы, словно занавески, свисали вдоль лица. И тут она вспомнила. На последней встрече Майских матерей Скарлет сказала, что у Уинни депрессия. Фрэнси очень четко вспомнила этот момент. Они сидели на покрывалах и пили вино, которое купила Нэлл. Скарлет сказала, что очень переживает за Уинни. Сказала, что они живут рядом и иногда вместе гуляют.

Фрэнси аккуратно переложила Уилла в детское креслице, с трудом вставила ему в рот соску и открыла на телефоне последние отправленные сообщения: «Вдруг Уинни рассказала ей что-то важное».

Она нажала на «отправить», и телефон сразу зазвонил. Это была Колетт. Судя по голосу, она плакала.

— Фрэнси, прекрати, пожалуйста. Ты хватаешься за соломинку.

— Это не так, — Фрэнси тоже заплакала. — Я насчет голубого одеяльца. А что, до этого полиция не проверяла багажник машины Уинни?

— Они не так сказали. Они обыскали ее еще раз. Кто-то…

— Я всю ночь не спала, думала об этом. Если Уинни призналась Скарлет, что у нее депрессия, вполне может быть, что она еще что-нибудь ей рассказала. Может, ответ кроется там, иногда можно упустить…

— Нет, — Колетт теряла терпение. — Ты должна меня услышать, Фрэнси. Понимаю, это тяжело. Всем нам тяжело. Но я начинаю всерьез волноваться.

— Понимаю, я сама волнуюсь и…

— Фрэнси, я начинаю волноваться за тебя.

— За меня? При чем тут вообще…

— Тебе нужно отдохнуть, Фрэнси. Ты не в состоянии трезво мыслить. Тебе надо…

— Но ведь они не сказали, что он мертв. Тела не нашли, — Фрэнси так сдавило горло, что ей казалось, она может задохнуться. — Может быть, он жив и его еще можно спасти. Нужно вернуть ребенка матери.

— Нет, — резко сказала Колетт. — Ему нельзя к матери. Это ее вина. Пора это принять. Все кончено.

Фрэнси швырнула телефон на диван. Кончено?

В нижнюю дверь снова позвонили, затем она услышала, что кто-то поднимается по лестнице. В квартиру постучали. Фрэнси была уверена, что это пришла миссис Кэрен, чтобы сообщить ей, что так больше продолжаться не может и она их выселяет. Им всем — ей, Лоуэлу, ребенку — будет негде жить.

— Фрэнси? Ты тут? — за дверью послышался мужской голос.

Она подошла к двери:

— Кто там?

— Дэниел.

— Дэниел? — у нее голова пошла кругом. Имя звучало знакомо. Где-то она его слышала. Дэниел.

Она закрыла глаза и прижала пальцы к вискам. Она вспомнила ту статью. Интервью, которое Уинни дала после смерти своей матери: «Дэниел меня поддерживает. Лишь он помогает мне переживать это горе».

Он застучал сильнее.

Молодой человек Уинни? Пришел сюда, к ней? Это Уинни его отправила? Может, она передала какое-то послание, — и это приведет Фрэнси к Мидасу?

— Фрэнси, пожалуйста, открой, мне нужно с тобой поговорить.

Она отодвинула засов, чуть-чуть приоткрыла дверь и посмотрела на лестничную площадку. И сказала одними губами:

— Одди.

— Вы с ней встречались?

— Да. Очень давно.

— А сейчас вы вместе?

— Нет, нет, совсем ничего такого.

Уилл заплакал, Фрэнси встала, но Одди опередил ее, достал Уилла из детского кресла и взял его на руки. Укачивая ребенка у груди, Одди стал ходить по гостиной.

Она села обратно в кресло, не сводя глаз со своего сына.

— Но вы же ведь…

— Мы просто очень близкие друзья, — он опустил глаза в пол, стараясь не смотреть на нее. — Когда умерла ее мама, она рассталась со мной. Она от всех отдалилась, от меня в том числе. Я, как мог, старался ее переубедить, но она не хотела меня видеть.