Читаем Идеализм-2005 полностью

— Ну, не у меня, у родителей…

— Не суть важно. Там народ можно вписать на пару дней?

— Да, это можно решить.

— Дача далеко от Москвы находится?

— Нет, двадцать пять километров по Щелковскому шоссе. Есть автобус, что прямо рядом с дачным поселком останавливается. Но он редко ходит. А так от Щелковского шоссе пару километров пройти надо.

— Для регионалов вписка нужна на несколько дней перед акцией. А с баблом на это сейчас проблемы. И по домам у нацболов их не разместишь, сам понимаешь. Спалимся так.

— С домиком в деревне решим.

— Хорошо. Дадим тебе в помощь Кирилла Борисовича, чтобы он за порядком там следил.

— Ага.

— По встречам регионалов стрела во вторник в Макдоналдсе на «Новослободской». В семь утра.

— Понял.

— С твоей бригады кого-нибудь на акцию подпишешь? Только сам знаешь, чем может все закончится.

— Сам пойду. Серегу Молдована подпишу, он мне говорил, что на акцию хочет.

— Он в курсе, что закрыть могут?

— Да. Нормально к этому относится.

— А этого, как его, Дарвина? — спрашивает Лена.

— Дарвина пока, наверное, брать не надо, пусть в Московском отделении получше освоится. В следующий раз.

— Хорошо, тебе виднее.

— Район там, вокруг суда, уродливый, конечно, — произношу я задумчиво после короткой паузы. — Одни новостройки, деревьев даже нет почти. Я думал, захватывать что-нибудь в историческом центре буду…

— Главное — политический смысл акции. А в центре или нет — это не важно.

Вся революция в центре не делается.

— Да, я согласен, конечно, Лена.

— Тогда до вторника. Меня в понедельник на собрании не будет. Во вторник увидимся. Да, и смотри, чтобы Молдован твой трепаться не начал.

— Я ему скажу.

* * *

Макдоналдс на «Новослободской». Горячий кофе прогоняет остатки сна. На столе лежат маленькие бумажки, схемы и планы. Вокруг — группа по подготовке акции. Три Ольги: Ольга К., Ольга М. и Ольга Ф. Рядом с Ольгой К. — Кирилл Чугун. На Кирилле очки. Несмотря на свою близорукость, он старался обходиться без них, но по особо важным случаям делал исключения. Рома и Лена, конечно же. Макдоналдс пуст, пуста и заснеженная улица. В темноте снаружи бредут тетки с баулами — рядом Бутырская тюрьма, и очередь на передачу там занимают с шести утра. За этот угасающий 2005 год через «Бутырку» прошло несколько десятков партийцев. Там же скоро могли оказаться и мы. Это правильно. Может быть, революции не сделать, но мы будем идти дорогой революционеров.

— В общем, тему знаете, — Рома начинает инструктаж, — сегодня и завтра в Москву приезжают регионалы, около тридцати человек, по нашим подсчетам. Наша задача их встретить без палева, собрать в одном месте и отправить к Лехе на дачу. На стрелах нужно стоять до конца, столько, сколько придется. Хоть целый день. Некоторые стопом едут. Понятно? — гауляйтер осмотрел всех пристальным взглядом из-под очков. — Хорошо. Мы тут с Еленой Васильевной составили список, кому куда идти.

— «Хвосты» смотрите по дороге, — добавляет Лена, — сейчас, как поедете, и потом, как встретите. У нас все чисто вроде, но регионалы «наружку» нечаянно могут с собой привезти.

— Леха, ты поедешь встречать орловцев, — Рома поворачивается ко мне. — Парень и девушка. Они нормальные, адекватные, я с ними по «мылу» переписывался. Жди их с полдевятого рядом с Макдоналдсом на «Улице 1905 года». Когда они точно будут, неизвестно. Стопом добираются. Никакого специального сигнала опозновательного мы вам не придумали, вы там как-нибудь разберетесь. Нацбол нацбола увидит, короче.

— Да, разберусь.

— Насчет «хвостов» помни.

— Я помню.

— Мы с пяти вечера будем в «Кафемакс», тут, рядом, на «Новослободской». Там решим все окончательно. Если сегодня всех соберем, то всех к тебе за город отправим. Если нет, то завтра.

— Отлично, ключ от дачи у меня. Так что в любое время.

Я допиваю мой кофе одним глотком и быстро выхожу на заснеженную улицу.

* * *

Узнал их сразу. На пацане — черная военная куртка, серые гриндера. На девушке черное пальто. Тяжелые ботинки. Оба озирались по сторонам насторожено. Увидели бы их опера или даже простые менты, непременно спросили бы документы.

— Привет, — подошел я к ним. Мои патлы в сочетании с бомбером не могли оставить у орловцев сомнений.

— Здорово.

— Орловцы?

— Да

— Хорошо, Че, поехали тогда.

Мы молча пошли к метро. Ни расспросов, ни жалоб. Ребята, что надо.

— Проходки есть? — спросил их.

— Нет, мы только со стопа.

— Я куплю. Вы перед турникетами не светитесь, нам проверка документов не нужна. Стойте здесь, со мной в очереди.

— С документами-то у нас все в порядке.

— Все равно. Сами понимаете, московские мусора, они такие.

— Да, понимаем.

Орловцы замолчали. Пацан приобнял девушку за плечо. «Симпатичная», — подумал я.

— Леха! — представился я.

— Дима.

— Аня.

— Очень приятно, — я улыбнулся.

Мы доехали до «баррикадной», перешли на «Краснопресненскую». Сели в последний вагон. Народу в крайних вагонах на кольце обычно нет почти, и этот день исключением не стал. Напротив нас спал бомж.

— Через две станции выходим. Когда дверь начинает закрываться, — объяснил я привычный московский маневр, — срываемся резко и выбегаем. Расталкиваем всех, если народ заходит.