Таковы эти слова, через городскую речь входившие в литературный язык. Иногда заимствованные слова конкурируют между собой, но до* известных пределов. Таким пределом остается смысл в обозначении реалий городского быта. Слова возникают и исчезают в речп. Поначалу за каждым из них в сознании сохраняется русский его эквивалент, который и определяет грамматический статус нового слова: киоска — палатка, портмоне — кошелек. В многовациональном Петербурге они входили в оборот, тогда как Москва хранила память о их русских соответствиях. Русская разговорная форма подлаживалась под фонетику, упрощая произношение, но также до известных пределов (троттуар не стал плитуаром, несмотря на соблазнительную связь с заимствованным в X в. словом плита).

Однако самое важное свойство подобных слов, сохранявшее их, мы можем заметить только в наше время. Эти слова, подчиняясь законам русской семантики, становясь терминами, расширяли значение, в современном просторечии став знаками выражения бесконечного множества подобий, еще больше теснящих старинные русские слова. Что сегодня не салон? Что теперь не кафе? Что нынче не кайф?

ЗНАЧЕНИЕ ЗВУЧАНИЯ

Что «а» произносить за «о» велит она.

М. В. Ломоносов

За спиной каждого большого города стоит говор окрестных сел и деревень. Разноликая крестьянская речь накладывала свой отпечаток и на петербургский говор. Особенно много здесь сложностей с ударением, которое ведь на письме не обозначается, но сильно расходится в разных местах России. Она несен?, или н?сена, или, быть может, несёна? Говорят по-разному, но просторечное ударение прин?сен(а), прив?зен(ы) сегодня как-то вдруг получило силу. В словарях найдем тысячи расхождений в ударении слов и грамматических форм, и в разных городах особенности свои, местные, заимствованные еще из народных говоров (которых ныне может уже и не быть!).

Сложно с причастиями: это категория книжного языка, в устной речи встречается редко. Так, ун?женные или унижённые? р?звитый или развит?й).

Много колебаний ударения у глаголов, существительных, наречий. До конца XIX в. все говорили пр?вленье (ибо пр?вить), р?нение (ибо р?на, р?нить), приобр?тение (ибо приобрёл) и др. В начале XX в. возникли колебания ударения между корнем и суффиксом, и сегодня нам рекомендуют произносить только так: правл?ние, ран?ние, приобрет?ние. Лишь в словах высокого стиля при наличии ряда приставок сохраняется ударение на корне: упр?чение, сосредот?чение и др. Но вот возникает сложность со словами, которые, используясь в просторечии, уже становятся словами разговорными. Возьмем, например, слово обесп?чение. Почти все стихийно стараются произнести обеспеч?ние. Слово, «понижаясь» в обиходной речи в стилистическом ряду, получает какие-то конкретные значения и стремится подладиться под общую модель, созданную просторечием: давл?ние, стремл?ние, правл?ние... следовательно, и обеспеч?ние. В одних случаях специалисты по культуре речи разрешают нам колебания: мы?шление и мышл?ние; в других же остаются непреклонными: обесп?чение, и никак иначе. Наличие приставки сближает слово с глагольными формами, а ударение в глагольных формах на корне — характерная особенность просторечия (прин?сен, прив?зен). Ведь почти все говорят зв?нит, а не звон?т, как следовало бы произносить. В подобных случаях вообще легко заметить как бы взаимное отталкивание просторечного слова (конкретного по смыслу) и высокого литературного (с отвлеченным значением). Так, ук?сит, но вкус?т, поч?нит, но учин?т, хор?нит, но сохран?т, повор?тит, но преврат?т и др. — слова стилистически высокие (как видно и по архаичной их форме) сохраняют исконное ударение на окончании. То же и в случае со зв?нит, если речь заходит о телефонном разговоре (в начале XX в. использовали глагол телеф?нить), но «По ком звон?т колокол». Казалось бы, мы нормируем грубое просторечие (знающие люди постоянно поправляют: звон?т, звоня?т...). Но за последние два столетия уже более полусотни глаголов перенесли ударение с окончания на корень, и это стало литературной нормой: г?бит, д?лит, к?рмит, к?рит, л?мит, пл?тит, п?ит, с?шит, т?щит, ?чит и др. (вместо губ?т, дел?т, уч?т...).

Стремление ударения остаться на корне свойственно многим глагольным формам, и проявляется это прежде всего в разговорной речи, горожан: гн?ла, д?ла, бы?ла... н?чался, род?лся и т.д. (вместо нормативных гнал?, дал?, был?... начался?, родился?...). Сколько подобных просторечных форм возникало как стремление упростить произношение образованных от общего корня различных форм!