Дружно ухали корабельщики, волоча корабли по смазанным жиром каткам. Покрикивали кормчие. Тяжелая работа. Славка знал об этом не понаслышке. Сам не раз волочил: на боевых лодьях холопов нет. Хотя там, где живут мирно, на волоках надрываться не надо. У каждого – сельцо, где можно и катки хорошие взять, и быков нанять. Вот Роговолт, к примеру, держал свои волоки в образцовом порядке. Там можно было вообще ни о чем не беспокоиться. Дал денежку – и через положенное время твой корабль окунется в прохладную воду Двины. А ты можешь и с палубы не сходить, если ноги размять не желаешь.

Купцы принесли жертвы богам (христиане и иудеи помолились бескровно) и разошлись.

К середине травня Славка вернулся в Киев.

А еще через седмицу из северного похода вернулся домой Лют Свенельдич.

С беглым князем Владимиром он так и не встретился. Зато встретил возвращавшихся из удачного южного вика данов. Данов было втрое меньше, чем русов, поэтому на этой встрече удача данов и закончилась.

Однако удачи Люта тоже хватило ненадолго. Недостало ее и до начала серпня.

* * *

Всадник стрелой пролетел через двор киевского Детинца. Осадил у крыльца взмыленного коня, прыгнул на ступени, промчался мимо признавшего его и посторонившегося стража, взлетел вверх по лестнице, оттолкнул замешкавшегося отрока и вбежал в горницу. Бывшие там гридни вскочили, хватаясь за мечи, но тоже узнали и не стали перенимать вбежавшего, когда тот тяжело протопал через высокий зал, прорезанный косыми лучами солнца, и упал на колено у ног князь-воеводы, прикрыв голову краем запыленного плаща.

– Что ты принес мне, горевестник? – сурово произнес Свенельд.

– Беду, – не поднимая головы, проговорил воин. – Твой сын княжич Лют… Он…

Глава 20

Поединок

Деревлянский край.

Весна 976 года от Рождества Христова

Кавалькада охотников выехала из Овруча, стольного града князя Олега Святославовича, ранним утром.

Бойко стучали конские копыта по мосту через ров. Заливались трелями птицы, приветствуя майское солнышко. Ничто не предвещало худого, и князь Олег был счастлив, как может быть счастлив пятнадцатилетний юноша, у которого есть все, что можно только пожелать. Кроме, разве что, – воинской славы.

В свои пятнадцать князь Олег уже побывал в бою, однако то были лишь незначительные схватки с кочевниками, а не те великие ратные дела, в коих прославился его отец Святослав. О да! Юный князь мечтал стяжать славу равную, а может и большую, чем у отца…

Но мечты оставались мечтами. Всю власть и силу руси унаследовал его брат Ярополк. Старшему брату достался киевский стол и лучшая дружина. Ярополк унаследовал большую часть отцовых богатств, вотчинные земли и право старшего над державой.

Олегу досталась только отцова часть деревлянских земель. Несколько городов, самым крупным из которых был Овруч, немного пахотных земель, толика пастбищ да бескрайние леса, обильные богатствами и дичью. Много, но сущие крохи в сравнении с тем, что досталось брату. Даже у сына холопки Владимира богатств было больше, а дружина – сильнее. И жизнь у Владимира была интереснее: то с Полоцком схлестнется, то с северными разбойниками-нурманами, а то и вместе с ними сходит в дальний вик на франков или еще на кого-нибудь…

Даже сейчас, когда Ярополк изгнал Владимира из Новгорода, тот все равно жил интересней Олега. Ходил в походы, воевал на море и на суше. И пусть Олег на своей земле был полным и единовластным повелителем, а Владимир – лишь ратным князем, младший сын Святослава все равно завидовал обоим братьям. Потому что они могут вести славную жизнь воинов, а Олегу даже и схватиться не с кем. С уграми – мир, младшие деревлянские вожди делают вид, что смирны и покорны, от внешних врагов земли Олега отделены владениями князь-воеводы Свенельда.

Единственная радость – потешные бои с собственными гриднями да ловитвы. Тут уже Олег своего не упускал: охота была его страстью. Брал он вепрей и медведей. Но особенно любил турью охоту. Потому что нет в лесах зверя сильнее и опаснее, чем матерый бык-тур. Как раз такого выследили вчера княжьи люди в лесу за весью Черные Пни.

…Этот смерд кинулся едва не под копыта.

– Куда лезешь, дурень? – сердито закричал один из гридней, нацелясь ожечь смерда плеткой. Но тот увернулся, плюхнулся на колени:

– Искал тебя, пресветлый князь! Дозволь слово сказать!

– Говори, – недовольно произнес Олег, свысока глядя на согбенного смерда. – Кто тебе обиду учинил?

– Нешто я из-за глупой обиды посмел бы потревожить славного князя? – Смерд задрал бороду, похожую на пук старой соломы.

Сказано было красиво. Совсем не так говорят смерды. Однако Олег внимания тому не придал. А может, и не заметил.

– Слыхал я: на тура выехал пресветлый князь? – продолжал между тем смерд. – Видели, слыхал, тура за Черными Пнями. Верно ли это?

– Верно, – согласился Олег.

– Обманули тебя, пресветлый князь! – с жаром воскликнул смерд. – Не тур это!

– А кто? – Олег усмехнулся. – Лешак рогатый?

Охотники захохотали.

– Не тур это! – повторил смерд.