Читаем Ящик водки полностью

– Слушай! Это уже переходит всякие пределы! Сначала ты предлагаешь сделку за 300 миллионов. Мы соглашаемся. Потом ты говоришь, что мы тебя заставили. Выставляешь нас идиотами на весь мир: мы заставляем Гусинского взять 300 миллионов, а он кочевряжится! Ладно, хорошо, мы это проглотили… Потом ты предлагаешь структуру сделки с залогами и тендером. Мы опять соглашаемся. Теперь ты не даешь акции для проведения тендера, который ты сам предложил, подозревая (только лишь подозревая!) нас в том, что мы приведем на тендер участника, с которым у нас есть договоренности о координации, в то время как сам, на чистом глазу, заявляешь, что у тебя с Тернером такие договоренности есть! Каково? Это неслыханно. Помимо всего прочего, ты еще заливаешься соловьем на весь мир, что «Газпром» и лично Кох душат свободу слова! Да не ты ли своими собственными руками вот уже в третий раз за последние девять месяцев ее душишь, а? Грош цена всем твоим конструкциям об отсутствии у кого-либо контроля над НТВ, если у тебя с Тернером договоренности. Вот тебе и контроль: Гусинский + Тернер.

– Ты недооцениваешь общественное мнение на Западе. Для них контроль в руках у частника означает сохранение свободы слова, а контроль в руках у государства или связанных с ним структур – ее отсутствие. Поэтому тебе никогда не убедить Запад в том, что при переходе контроля над НТВ в руки «Газпрома» свобода слова сохранится! Ты, парень, сам себя уничтожаешь! Ты, лично ты – Кох Альфред, полностью уничтожаешь себя как демократическую фигуру. И уж поверь мне, я позабочусь о том, чтобы именно так и произошло!

– Вот это разговор! Узнаю брата Колю! Наконец-то я услышал слова не мальчика, но мужа! Вовочка Гусинский в собственном репертуаре. Угрозы, шантаж… Долго ты держался, целых полгода. Все-таки не выдержал, опять за старое взялся. Ну что ж. Значит, поеду на Запад и буду объяснять свою позицию. Ты мне не оставляешь выбора… А Тернер – что Тернер… Пусть его люди приходят, поговорим. Собственно, они мне уже звонили. И Леня Рожецкин, и Гриша Березкин. Их ты, кажется, отрядил «консультировать» Тернера?

– Да нет… Что ты… Я никого к тебе от Тернера не посылал. Он их сам нанял.

– А что это он их нанял, а? Что, ему американских банков мало? Взял бы какой-нибудь «Морган Стенли» или «Голдмен Сакс»… Ну да Бог с ними. Я уже договорился о встречах с этими ребятами. Только, похоже, они не подозревают о существовании друг друга в этом качестве… Это еще что за разводка?

– Не знаю я ничего. Я о том, что они консультанты Тернера, узнал вот сейчас от тебя.

– Ладно, не свисти. А то я еще поверю. Ты же знаешь, какой я доверчивый. Ну давай, теперь настала пора просить меня отозвать иски из суда. В связи с тем, что мы вступили в переговоры с Тернером.

– А это что, реально?

– Абсолютно нет! Больше уже никто тебе не поверит. После того как ты нас два раза кинул.

– Я вас не кидал. Я кинул Путина. Туда ему и дорога. С этим хорьком вы еще наплачетесь… Вспомните меня, Владимира Гусинского!

– Ну, батенька, вот ты людей оскорбляешь, а потом удивляешься, почему на тебя зуб нарисовали. И потом, как ты кинул Путина, мне не известно, но договоры ты подписывал со мной, обещания давал мне, и подписи стоят на них моя и твоя. Так что позволь мне, не залезая в высокую политику, считать, что кинул ты все-таки меня, а если вместе со мной кинул еще кого-нибудь, то разбираться по этому поводу будешь с ними.

Через несколько дней появились консультанты Тернера. Ничего сверхъестественного они не предложили. Их оценка заложенных пакетов акций была значительно ниже нашей. Не вдаваясь в детали, могу сказать, что у меня лично сложилось впечатление, что это была не более чем пиар-акция. Готовности Тернера платить серьезные деньги я не увидел, зато был полный набор всех признаков хорошо поставленного шоу международного уровня: звонки Колина Пауэлла в Кремль, письма Тернера к Путину с просьбой о встрече, освещение этого факта во всех мировых газетах и так далее.

Нужно было что-то делать, для того чтобы обозначить свою позицию. Я написал письмо американскому послу в Москве. Вот его полный текст: