Читаем Ярость валькирии полностью

На кухне имелись электроплита, большой холодильник и столик с парой стульев. На столе красовались крупные мандарины в прозрачном пакете, два мобильных телефона и планшетный компьютер. На подоконнике рядом с посудой громоздилась микроволновка, валялись рекламные буклеты агентства по устройству праздников, мебельных магазинов и визитки компании грузовых перевозок, но не было еще ни штор на окнах, ни красивых светильников.

— Хорошая квартира! — похвалил Никита. — И кухня большая, не то что моя — двоим не разойтись! Снимаешь?

— Нет! — пожала плечами Лаура и включила чайник. — Недавно купила. Родители помогли!

Через минуту получив свою кружку с чаем и, совсем неожиданно, большой бутерброд с бужениной и зеленью, Никита окончательно почувствовал себя в домашней обстановке и без всяких подходов перевел разговор в нужное русло.

— Иван рассказал мне об убийстве тетки! — сказал он, подпустив в голос и взгляд немного грусти. — Жуткое дело!

— Не говори! — Лаура присела напротив с такой же чашкой в руках. — Самое ужасное, когда понимаешь, что в тот момент, когда твой самый близкий человек погибал в муках, ты развлекался, занимался своими делами и ни сном ни духом не ведал, что происходит. Это страшно, поверь, не дай бог испытать такое!

Лаура вдруг поскучнела лицом, поставила чашку и отвернулась. Никита готов был дать голову на отсечение, что девушка пыталась скрыть слезы. Но, несмотря на ее привлекательность, Никита был настроен на другую волну, хотя, не будь Женьки, возможно, при благоприятном стечении обстоятельств он мог бы присмотреться и к Лауре…

— Сочувствую! — тихо сказал он. — Пойми, я очень хочу помочь Ивану! И, кроме того, маньяк еще бродит по нашим улицам и наверняка присматривает новую жертву. Его нужно остановить!

— Я все понимаю. — Лаура судорожно перевела дыхание. — Что ты хотел спросить?

— Да самую малость. Ваня рассказывал, что пару раз видел незнакомого мужчину возле коттеджа. А ты ничего странного не замечала?

Лаура нахмурилась. Сделала несколько глотков и отставила кружку.

— Сначала хотела сказать: «Нет!» и вдруг вспомнила. Видела одного, но не уверена, за Ванюшкой ли он следил или просто так стоял, из интереса. Я тут никого еще не знаю. Может, кто-то из соседей гулял с детьми или собакой… Иван, конечно, тогда в ударе был. Шарики надул, под балконом прыгал и медведя дурацкого в подарок притащил — вон, в комнате валяется. Зачем такого большого, не пойму… Я уже решила, в садик отдам или в детский дом. Ну, словом, тарарам на весь двор устроил. Но я на балкон не выходила. Горло болело, поэтому у окошка за спектаклем наблюдала.

Никита поднялся с места и выглянул в окно, из которого прекрасно просматривался двор.

— Долго он там простоял?

— Не помню! — с сожалением ответила Лаура. — Я мельком его отметила. Стоит себе человек и стоит. Мне-то какое дело? Ваня вскоре пришел, я его встретила и к окну больше не подходила. Ну то есть мы сразу помирились и, сам понимаешь…

И едва заметно покраснела. Как они мирились, было понятно без слов. Но Никиту такие подробности не интересовали.

— А утром он не слонялся во дворе?

Лаура пожала плечами:

— Мы проспали, очень спешили. Я села в свою машину, Ванюшка — в свою, и разъехались. А позже он мне на работу позвонил и сказал, что Мария Ефимовна погибла.

— А ты с ней встречалась?

— С теткой Ванюшкиной, что ли? Нет, не довелось! Слышала, что вредная была, своенравная! И Ванюшка говорил, что не время пока знакомиться! Ты подозреваешь, что его выслеживают и тоже могут убить? Точно? Ему грозит опасность?

— Чего ради его убивать? — поморщился Никита. — Скажи лучше, в котором часу ты того мужика видела?

Лаура нахмурилась и неуверенно произнесла:

— Ну, где-то около четырех, может, полпятого, темнеть начинало. Высокий, худой, в черном пуховике, капюшон на голове, поэтому лица не разглядела.

— Капюшон, значит? — задумчиво произнес Никита. — Все понятно! Спасибо тебе за чай! Пойду, прогуляюсь во дворе.

— Думаешь, там следы остались? — удивилась Лаура.

— Да какие следы, уже который день снег валит. Просто присмотрюсь, приброшу кое-что!

Подружка Ивана проводила Никиту до дверей и на прощание улыбнулась так искренне и так непринужденно сказала: «Пока!», как будто они и впрямь расставались ненадолго. Но у него вновь что-то щелкнуло в голове. Да, Лауру он определенно где-то видел, и, возможно, недавно, но при каких обстоятельствах, память воспроизводить отказывалась.

Никита вышел на лестничную площадку, оглянулся и смущенно спросил:

— Мы раньше нигде не пересекались?

Лаура пожала плечами:

— Определенно нет! У меня хорошая память на лица! Но, говорят, я похожа на актрису Анастасию Заворотнюк.

— Ну да, ну да! — кивнул Никита, хотя понятия не имел, что за актриса такая, и махнул рукой. — Все! Я пошел! Не поминай лихом!

Лаура рассмеялась и захлопнула дверь.

Во дворе было малолюдно. Пара дворников в оранжевых жилетках, да на детской площадке бабушка в синем пуховике и яркой шапочке с помпоном осторожно крутила карусельку, на которой сидела девочка лет трех в пестром комбинезоне и то смеялась, то звонко что-то щебетала.