Читаем Ярость льва полностью

– Это было бы разумнее всего. Даже если Меллори ничего не успел сделать, Гранвиль сейчас уже определенно связался с французскими властями. Видимо, затем они введут в курс дела британскую разведку, и я вряд ли ошибусь, если предположу, что очень скоро k нам пожалует что-нибудь вроде официальной делегации.

– Куда мы пойдем? В Португалию?

– Вы – возможно, но не я, Жако. – Филипп де Бомон вынул из портсигара сигару. – Через полчаса мы выйдем в море и пойдем к Джерси. Вы высадите меня в Сент-Хельере и после этого будете совершенно свободны. Вы и все остальные.

Глаза Жако сузились:

– Джерси? Зачем вам понадобилось идти туда?

– Потому что там аэропорт, дорогой мой Жако, а я намерен вылететь в Париж, завтра, утренним рейсом.

– Да вы с ума сошли! Вы же и десяти шагов не пройдете по Елисейским полям, как вас узнают!

– Это не беда, – спокойно возразил де Бомон. – Я собираюсь сам объявиться властям.

От железного спокойствия Жако не осталось и следа:

– Вы сдаетесь? Вас казнят.

– Предоставим решать это суду. Я был неправ, Жако. Все мы ошибались. Я добивался того, что считал благом для Франции. Теперь я думаю, что принимал за благо Франции собственные амбиции. Дальнейшее насилие и кровопролитие ни к чему не приведут. В этом я убедился на примере последних нескольких дней.

– А что будем делать с женщинами и стариком?

– Освободим, перед тем как уйти. Высадим по дороге.

– А Гийон?

– Тоже освободим.

Жако зарычал от ярости:

– Прежде всего я разделаюсь с ним, чего бы мне это ни стоило! Боже мой, ведь я мог совершенно спокойно утопить его!

– Сержант-майор Жако! – металлическим голосом сказал де Бомон. – Я отдал вам вполне определенное приказание. Потрудитесь его выполнить. Вы меня поняли?

На мгновение глаза Жако загорелись, но он сдержал себя и неожиданно спокойным голосом произнес:

– Прошу прощения, господин полковник.

– Прощаю вас. Освободите генерала Гранта и капитана Гийона и приведите их сюда. Через полчаса мы выходим.

Жако открыл дверь и вышел. Де Бомон глубоко вздохнул и тихо пробормотал:

– Двадцать три года войн и крови. Слишком много для кого угодно.

Энн обернулась к нему. В ее лице не было ни кровинки:

– Бог свидетель, полковник, мне жаль вас.

Он склонился и поцеловал ее руку, затем открыл дверь в спальню и сказал:

– Быть может, вам будет удобнее подождать здесь?

Они прошли в комнату. Де Бомон закрыл дверь, посмотрел вверх, на старый штандарт, потом сел за стол и взял ручку.

Марсель сидел за столом в своей комнатушке и листал старый журнал. Перед ним стояла початая бутылка коньяка. Нужно было сразу же уходить отсюда, как только вернулся Жако и рассказал о гибели «Л'Алуэтт». О чем думает до Бомон?

Он уже собрался выпить, но в этот момент дверь распахнулась, и в комнату ворвался Жако с бледным, осунувшимся лицом и тем мутным взглядом, которого так боялся Марсель.

– Что стряслось?

Жако схватил стакан, доверху наполнил его и залпом выпил.

– Хочет, чтобы мы отвезли его на Джерси. Собрался лететь в Париж сдаваться властям.

– Он сошел с ума... – Лицо Марселя из красного стало вдруг желто-зеленым. – И ты позволишь ему?

– Как же, позволю... Если они возьмут его, то возьмут и всех остальных. Это только вопрос времени.

– А что с заключенными?

– Он хочет отпустить их.

Марсель подскочил как ошпаренный:

– Нужно сматываться. Похоже, мы можем здорово влипнуть!

– Смотаемся, не волнуйся. Но только сами, ты и я. Пусть все остальные катятся ко всем чертям. Но сначала нужно разделаться с де Бомоном. Он слишком много знает.

– А Гийон?

– Жаль, что я сам не смогу". Ты разберешься с ним и со стариком. Встретимся у причала через пятнадцать минут.

Марсель схватил бутылку и стал торопливо пить из горлышка, опорожнив, отбросил ее в угол и тоже вышел.

В коридоре было тихо. У массивной деревянной двери он замер, затем вынул револьвер, проверил его. В барабане было четыре патрона. Отодвинув засов, он пинком ноги открыл дверь и быстро вошел.

Рауль Гийон и генерал Грант встали. Марсель закрыл за собой дверь и шагнул вперед.

– Ты первый, капитан, – сказал он и поднял револьвер.

Гийон моментально отскочил, и пуля ударилась в стену, отколов кусок от штукатурки. В тот же миг Хэмиш Грант ударил тростью по лампочке, и камера погрузилась во мрак.

Марсель громко закричал и дважды выстрелил. Вспышки пламени на долю секунды выхватили камеру из темноты, и ему показалось, что какая-то тень мелькнула справа. Он снова дважды нажал на спусковой крючок. Последовал новый выстрел и сухой щелчок – патроны кончились. Он отбросил ненужный теперь револьвер и сопя бросился к двери. Сзади послышался шорох шагов, и огромная ручища генерала обхватила его шею. Он изогнулся всем телом, пытаясь вырваться, но тщетно. Хэмиш Грант жал все сильнее, пока тело француза не обмякло. Старик бросил его на пол и хрипло сказал:

– Рауль, где ты?

– Я здесь, генерал.

– Ты ранен? – Грант протянул руку и тронул Гийона за плечо.

– Нет. Уходим отсюда. Надо найти наших.